Поиск..

Лента новостей Международные Партнёры

Гибридная война Запада и России за Молдову усиливается

.

Послевоенная история Молдовы вплоть до этого дня по существу – свидетельство гибридной войны Запада и России за влияние на нашу страну. 

Когда-то установленный в Молдове сталинский режим преследовал в качестве одной из своих целей ликвидацию антисоветского сопротивления, как альтернативы советским властям. Поэтому, репрессировали всех тех, кто выступал с наиболее резкой критикой советских порядков или же организовывался в антисоветские структуры, с целью уничтожения в Молдове этого режима.

Сначала это были вооруженные антисоветские группировки, занимающиеся и ведением прозападной пропаганды в республике. Власти бросали их в тюрьмы, высылали, уничтожали – в целях устрашения недовольных. Чтобы окончательно разгромить антисоветское подполье в Молдове, СССР в 1949 году применил высылку «кулаков», бывших предпринимателей, интеллигенции, оставшейся на территории республики после 1944 года и по разным причинам не внушающей доверие советам.

Однако вместо заключительного аккорда борьбы с влиянием Запада, СССР добился, как показало время, только перехода прозападных сил в республике к новому этапу сопротивления. Если вооруженные его формы после 1949 года стали проявлять себя значительно реже (но не исчезли окончательно), то на первый план выдвинулась прозападная пропаганда. В Молдове при помощи Запада активизировался ряд религиозных сект, руководство которых находилось в странах Западной Европы и продолжало поддерживать связи со своими местными сторонниками. Кроме того, Запад стал оказывать на республику и информационное влияние, постепенно создав растущую сеть антисоветски настроенных радиостанций в разных странах Европы, вещавших на Молдову на румынском, русском, еврейском и ряде других яыков.

Начавшаяся в 1954 году реабилитация репрессированных сталинским режимом представителей прозападной оппозиции, возвращение в республику «кулаков» и других противников советской власти, тоже настроенных, как правило, прозападно, вопреки многочисленным запретам, существовавшим в то время, а также 20 съезд КПСС, осудивший преступления сталинизма, придали новый толчок прозападным силам в Молдове. Они ставили под сомнение власть КПСС в республике, призывали к демократизации порядков в ней.

Власти отвечали мерами, призванными доказать, что советский строй, в силу отсутствия безработицы, конкуренции, бизнеса и существенного имущественного расслоения значительно лучше, чем капиталистический, господствующий в странах Запада. Впрочем, начавшиеся, особенно после 19 декабря 1955 года, туристические поездки на Запад стали ставить под сомнение тезисы официальной советской пропаганды. В эти годы еще продолжались антисоветские теракты и восстания. Последнее, документально установленное, восстание против советской власти произошло в 1960 году в Чимишлийском районе, а последний политический теракт – в 1962 году, даже позднее, чем в Западной Украине. Значительная часть тех, кто был привлечен к ответственности за эти действия, тоже проявляла прозападные симпатии.

Нельзя сказать, что СССР не желал создать опору своей власти в республике – для этого в ускоренном темпе формировали прослойку интеллигенции, рабочих и колхозных активистов, служащих, которых всячески выдвигали и поддерживали. Однако постепенно расширявшиеся связи с Румынией, где было значительно больше людей, часто бывавших на Западе или живших там, непрерывно растущие контакты со странами социалистического блока и Западной Европы, постоянный дефицит самых разных продуктов, колоссальные очереди и другие проблемы советского общества создавали и в их глазах привлекательный образ Запада. Именно поэтому уже с конца 1950- начала 1960-х годов вузы, готовившие кадры той самой интеллигенции, становятся, по существу, кузницей тех, кто так или иначе симпатизировал Западу, вопреки официальному прославлению советских порядков. Попытки СССР пресечь это влияние, постепенно урезая с 1967 года объем поездок в Румынию и ужесточая требования для выезжающих в страны Запада, особого успеха уже не имели.

Усилия по-прежнему часто сводились к репрессивным мерам в отношении противников советской власти. К их числу можно отнести дела первых молдавских диссидентов, Сусленского и Мешенера

( 1969-1970 гг.), Молдавской Советской Энциклопедии (1970-1971 гг.), Политехнического института (1971 и 1973 гг.), А.Усатюка, Г.Гимпу, В.Граура  и других (1973 г.), «дело Гостелерадио» (1976 г.). Но они не привели к коренному изменению ситуации в пользу сторонников советской власти. И хотя в дальнейшем, в 1981 и 1986 годах, власти республики еще принимали решения по пресечению антисоветской пропаганды, они имели еще меньший успех, чем прежние.

В этих условиях образование первого, уже открыто прозападно настроенного политформирования – Демократического движения в поддержку перестройки (3 июня 1988 г.) – стало процессом, естественно вытекающим из всех предшествующих событий. СССР так и не смог предложить обществу собственную альтернативу в гибридной войне с Западом и к концу 1980-х дискредитировал себя в глазах большей части населения. Это и стало залогом успеха прозападных сил на выборах в Верховный Совет пока еще Молдавской ССР 25 февраля и 10 марта 1990 года. При поддержке большинства населения они осуществили провозглашение суверенитета, а затем и независимости Молдовы от СССР.

Российское руководство видя, что контроль над основной частью Молдовы уходит из его рук, предприняло усилия по сохранению влияния хотя бы на восточные районы нашей страны. Фактическое «обособление» в 1992 году левобережного региона от остальной части Молдовы в Москве понимали как некий «якорь», который позволит удерживать нашу страну в сфере российского влияния. Об этом были заявления даже на официальном уровне.

Однако последующие события показали, что Москва допустила колоссальный промах. Несмотря на катастрофический экономический обвал 1990-х, в течение 1992-1993 годов Молдова последовательно стала членом всех основных международных организаций, а 28 ноября 1994 года, хотя у власти было «агросоциалистическое» большинство, которое в большей мере, чем прежнее руководство, симпатизировало Москве, подписала Соглашение о партнерстве и сотрудничестве с ЕС. Оно вступило в силу 1 июля 1998 года. Вместо того, чтобы реагировать на это событие попытками как-то привлечь на свою сторону основную часть жителей Молдовы, российское руководство оказывало все более демонстративную поддержку Тирасполю, время от времени угрожавшему молдавским властям отключением газа и света. Это никак не способствовало усилению симпатий к России в молдавском обществе.

Экономический кризис 1998-1999 годов, разрушительные для молдавской экономики программа Pământ и административно-территориальная реформа, вернувшая уезды и способствовавшая только обнищанию сел и других мелких населенных пунктов, казалось бы, стимулировали в молдавском обществе пророссийские симпатии. Они стали концентрироваться вокруг набиравшей тогда силу ПКРМ, обещавшей сближение с Москвой, и, в конце концов, привели эту партию к власти в феврале 2001 года.

Но и теперь российское руководство продолжало действовать, подобно слону в посудной лавке, не только открыто поддерживая Левобережье против, казалось бы, «своих» коммунистов Молдовы, но и попытавшись добиться его окончательного отделения от РМ, посредством провокационного «меморандума Козака». Провал «меморандума» в ноябре 2003 года, при помощи западных партнеров, привел к колоссальному охлаждению молдо-российских отношений и быстрому сближению Молдовы с Западом. Попытки властей РФ «отомстить» Воронину, подспудно поддерживая антикоммунистическую оппозицию перед выборами 2005 года, введением эмбарго на молдавскую винную продукцию также только способствовали его поддержке Западом и дальнейшему уходу Молдовы в сторону ЕС. Не случайно именно тогда, в 2005 году, был принят Индивидуальный план сотрудничества Молдовы с нетерпимым в РФ блоком НАТО, который с тех пор только уточняется и совершенствуется.

Поражение России в «винной» войне с Молдовой 2006-2007 годов, когда ей не удалось заставить молдавское руководство передать Тирасполю таможенные печати, и она была вынуждена, пусть в куда меньших масштабах, возобновить импорт молдавского вина, ничему не научило российское руководство. По-прежнему в нем продолжали задавать тон открытые недоброжелатели РМ, выступающие с позиций необходимости «наказать» Молдову за нежелание идти на уступки в вопросе статуса приднестровских районов и в оплате долга Тирасполя за потребленный газ. Эти  действия сопровождались новыми «сельскохозяйственными» санкциями РФ в отношении Молдовы (2010, 2013-2014 гг.), которые еще больше толкали ее в сторону Запада. Такими же методами действовала официальная Москва и когда Молдова подписала Соглашение об Ассоциации с ЕС (28 ноября 2013 г.): в СМИ регулярно поступали сведения о готовящихся новых санкциях, о том, что перед выборами РФ вышлет в Молдову несколько сотен тысяч молдавских гастарбайтеров, и те «совершат революцию» в стране (2014 г.).

Подобные действия со стороны Москвы только еще больше укрепляли молдавское руководство в необходимости продолжать осторожный дрейф подальше от бывшего сюзерена в сторону Запада. Соглашение об Ассоциации с ЕС и отмена визового режима со странами Евросоюза привели к тому, что поток молдавских гастарбайтеров, основная часть которых работала прежде в России, переориентировался на Запад.

Уже к 2018 году связи со странами ЕС стали составлять до 65% всего молдавского внешнеторгового оборота, окончательно отодвинув РФ и созданный ею Евразийский союз на второй план.

Как следствие, зависимость РМ от Запада стала расти. Все крупнейшие банки Молдовы перешли в руки западных предпринимателей и банков: MAIB – в руках консорциума Heim Partners Limited, среди членов которого – ЕБРР (Евробанк реконструкции и развития), Moldinconbank принадлежит болгарскому холдингу Doverie United Holding, Victoriabank – Banca Transilvania и тому же ЕБРР, Mobiasbanca – Societe Generale (Франция), Eximbank – Intesa Sanpaolo (Италия) ProCreditbank – ProCredit Holding (Германия) и так далее.  Ранее были ликвидированы несколько крупных молдавских банков, замешанных в краже миллиарда – Banca Socială, Banca de Economii, Unibanca. Перешедшие еще в конце 1990-х в руки испанской Union Fenosa, электрораспределительные сети в 2019 году сменили владельца и ныне контролируются компанией Premier Energy – подразделением чешской компании Emma Capital Group. В области телекоммуникаций, помимо основного оператора Молдтелеком, присутствуют французская Orange и Moldcell, принадлежавшая сначала финской Telia Company, а с 2020 года – CG Cell Technologies DAC, со штаб-квартирой в Непале. 40 % территории было передано для разведки ресурсов Frontera Resources.

После 2009 года существенно выросло и политическое влияние Запада на Молдову. Ориентировавшийся на ЕС В.Филат довольно быстро скомпрометировал себя в глазах европейских структур стремительным ростом коррупции в стране и был отстранен. Пришедшие ему на смену Ю.Лянкэ, К.Габурич, В.Стрелец, а с января 2016 и представитель ДПМ П.Филип находились под растущим влиянием США. Это стало особенно очевидно после прихода к власти правительства П.Филипа, которое предварительно одобрила зам. госсекретаря США В.Нуланд за несколько дней до его назначения, 17 января 2016 года. Под влиянием США, фактический глава Молдовы В.Плахотнюк, являвшийся тогда председателем правящей ДПМ, принял несколько необходимых и важных как для Запада, так и для прозападно настроенной части общества мер: запрет российских телеканалов, высылку российских политиков и журналистов, засвеченных в открытом проведении пророссийской пропаганды, проведение резолюции ООН о выводе российских войск из Молдовы. Однако криминальный шлейф, тянувшийся за В.Плахотнюком, дискредитировал и его, и всю ДПМ. Поэтому, воспользовавшись неопределенностью после парламентских выборов 2019 года, Запад решил отстранить В.Плахотнюка, становившегося все более самостоятельным.

Контрударом Москвы стало продвижение к реальной власти в Молдове поддерживаемого ею И.Додона. После падения, при содействии США, ЕС и РФ, В.Плахотнюка, бывший тогда президентом И.Додон в течение нескольких месяцев легко и непринужденно тактически переиграл лидера правых, премьера М.Санду, и добился-таки в ноябре 2019 года реальной власти в стране. Однако Запад не позволил ему сконцентрировать в своих руках всю власть. Сначала большинство в КС сняло с должности его председателя В.Цуркана, заменив на прозападно настроенную Д.Маноле, затем провалили российский кредит в 200 миллионов долларов, на который И.Додон возлагал особые надежды.

Кампания безудержного самовосхваления, которую Додон вел весь 2020 год, привела к тому, что от этого устало даже значительное число левых избирателей, и он проиграл президентские выборы ноября 2020 года. Едва ли не последней ставкой Москвы в этой шахматной партии с Западом стало удержание И.Додоном фактического контроля за отправленным в отставку правительством. Чем дольше это ему удастся делать, тем больше шансов на падение популярности М.Санду, пришедшей в президентуру на волне обещаний бескомпромиссной борьбы с коррупцией, а, значит, у Москвы снова будет возможность все больше влиять на ситуацию. Круто изменить её в созданной обстановке могут только массовые протесты сторонников Санду и второе «7 апреля». Но решится ли Санду и поддерживающий ее Запад на это в теперешних условиях – пока еще вопрос.

Гибридная война Запада и России за Молдову усиливается. И хотя перевес Запада в ней очевиден, в силу куда больших финансовых и интеллектуальных ресурсов, но влияние РФ в Молдове продолжает оставаться достаточно весомым. Это означает, что схватка между ними и сегодня далека от завершения.

 

Руслан ШЕВЧЕНКО,

политический аналитик, доктор истории

Специально для kommersantinfo.com

 

 

 

 

Метки:
Предыдущая статья