Поиск..

360° Лента новостей Перспектива

Шимон Кацнельсон: «Наш призыв чётко означает: живи и дай жить другому»!

.

Ашдод и Кишинев уже более десятка лет – побратимы, и им есть, чему научиться и научить друг друга, так как, несмотря на политизацию работы мэров обоих городов, за последние годы и Кишинев, и Ашдод ощутимо похорошели и сегодня могут придать новый полезный импульс взаимному сотрудничеству в самых разных областях.

В 2018 году мы уже публиковали интервью с предшественником нынешнего вице-мэра Ашдода,  и тогда разговор тоже пришелся на избирательную кампанию . Какой инфраструктурный скачок сделал Ашдод в своем развитии за это время? Как он объединяет выходцев из разных стран вокруг идеи создания крупнейшего города – мультикультурного центра? И какую роль в дальнейшем развитии Ашдода может сыграть политика? На эти и другие вопросы мне ответил зам. мэра Ашдода Шимон Кацнельсон.

— Господин Кацнельсон, Ашдод за историю своего существования принял уже не одну алию. Это стало для муниципалитета приоритетом развития города, как многонационального поселения? 

— Я думаю, что да. Люди нашего города связаны с волнами алии разных лет. Город изначально построен на них. В 1956 году, когда Ашдод был основан, здесь практически никого не было – первыми поселенцами стали 14 семей из Марокко, потом было много выходцев из других стран. По статистике, на сегодняшний день, новые репатрианты, приехавшие в Ашдод – выходцы из 99 стран мира. Так что, история нашего города связана с большими волнами алии, одна из которых – из бывшего Советского Союза. Тогда, в 1990-х годах, к нам приехали более 100 тысяч человек.

— Сейчас, по информации из различных источников, ожидается большой приток репатриантов из постсоветских государств. Ашдод готов их принять?

— К нам приезжают со всех стран мира. Есть выходцы из Аргентины, России, Украины, Беларуси, Молдовы… Мы ожидаем, что новые репатрианты выберут Ашдод своим домом, приедут сюда. И муниципалитет будет делать всё, чтобы они действительно почувствовали, что приехали домой, потому что каждый третий из них говорит по-русски. Это сближает, создаёт общую атмосферу того, что мы живём в одном доме.

— Вы говорили, что представители ортодоксальных религиозных общин Израиля не приветствуют алию из стран бывшего СССР, а ведь их представительство в Ашдоде довольно весомо.

— Очень много выходцев из бывшего Советского Союза – люди светские, интеллигентные, часто не с одним образованием. Для ортодоксальной религиозной общины это неприемлемо, потому что её представители хотят, чтобы все приезжающие голосовали за них. А это возможно только при одном условии: если вместо того, чтобы трудиться, репатриант будет учиться Торе и получать зарплату от государства.

— Как мультикультурализм Ашдода отражается на самом городе и на работе муниципалитета?

— Для нас важно, чтобы люди, которые приехали в наш город, вносили свой вклад в его развитие, и не имеет значения, из какой именно они страны исхода. Естественно, мы хотим, чтобы больше репатриантов  было с высшим образованием, это позволит Ашдоду дальше и больше развиваться в сфере современных технологий, касающихся промышленности, строительства и других направлений. И будет приводить, в свою очередь, к повышению уровня жизни людей, даст им возможность получать хорошую зарплату и ни в чём не нуждаться.

Что касается муниципалитета нашего города, так он – первое наглядное отражение многонациональности Ашдода. Сегодня, к примеру, главный инженер у нас – из Аргентины, а его заместитель – из России. Важно – что они знают, как умеют думать и воплощать полезные идеи в жизнь.

— Жилищная проблема – камень преткновения для всего Израиля, тем не менее, в разных городах страны эта задача решается по-разному. Например, на въезде в Ашкелон развернуто масштабное строительство новых жилых домов. В Ашдоде – другой подход: идет масштабная реконструкция старого жилого фонда. Она очень зримо меняет внешний вид домов, выгодно добавляет в них современные удобства, однако не касается, например, смены старых коммуникаций, что очень важно. Поскольку строительство в городе – ваша  сфера ответственности, скажите, пожалуйста, намерены ли городские власти изменить сам подход к решению жилищной проблемы в Ашдоде, добавив к реконструкции жилого фонда строительство нового жилья?

— В Ашдоде есть проблема, отличающая её от других городов: у нас нет таких больших свободных площадей, как у них, являющихся государственной землёй, на которой можно строить. Три новых района мы осваиваем сегодня, и это – порядка 10 тысяч новых квартир. Я думаю, что их нам хватит в ближайшее время для того, чтобы в течение пяти лет принять около 30-40 тысяч человек, которые прибудут в наш город.

Более трех человек на квартиру – вот, что мы сегодня планируем.  Жильё, площадью около 100 квадратных метров – это то, что нужно, чтобы семья, с одной стороны, действительно смогла её приобрести или снять, а, с другой стороны, чтобы чувствовала её своей комфортной территорией для жизни.

— Ранее вы говорили, что Ашдод вырастет до 350 тысяч жителей, сегодня здесь живут 250 тысяч. Значит, добавится еще 100, а запланированное жилье охватывает максимум 40 из них.

— Смотрите, Ольга, да, сегодня Ашдод населяют уже 250 тысяч человек, поэтому наша программа – 30 тысяч новых квартир. Три новых района – это 10 тысяч. Остальное, что мы сегодня осваиваем – инфраструктура, которая будет не раньше, чем через 5 лет. Предполагаемый прирост населения Ашдода до 350 тысяч человек рассчитан примерно на 10 лет развития нашего города. То есть, 100 тысяч новых жителей, по 10 тысяч каждый год – плюс те, сколько мы хотим, чтобы приезжали в наш город. Приток населения у нас порядка 2%, из 250 тысяч – это 5 тысяч, и мы хотим, чтобы ещё 5 тысяч приезжали в Ашдод.

— Шимон, скажите, пожалуйста, как городские власти планируют урегулировать нехватку социального жилья? Люди довольно солидного возраста стоят в очереди на него по 10 лет.

— Смотрите, что касается социального жилья, в Ашдоде – лучшее положение. Восемнадцать хостелов мы подняли за последние 25-30 лет, в течение которых строим социальное жильё. Когда я впервые пришёл в муниципалитет, а это было в 1989 году, в Ашдоде был всего один хостел. Сегодня же –18 таких домов для пожилых людей из малообеспеченных слоёв населения. И мы продолжаем их строить. Совсем недавно сдали новый хостел на 220 квартир, и продолжим их строить для того, чтобы уменьшить эту очередь.

Всё будет зависеть от того, кто приезжает в наш город. Мы хотим, чтобы в Ашдод ехали и молодые семьи с детьми, значит, строить надо для всех. В среднем, порядка 20% приезжающих к нам – люди пожилого возраста, значит, необходимо обеспечить социальными квартирами порядка 20 тысяч из 100. Поэтому сегодня в Ащдоде идёт строительство 556 квартир на съём социального жилья из того, что строим в год.

— Закон, принятый Кнессетом в 1950 году, стимулирует возвращение в Израиль евреев из стран рассеяния. И среди репатриантов, которые едут на историческую родину, есть пенсионеры разных возрастов: им может быть 68, а может быть и 86. Согласитесь, что 10 лет ожидания социального жилья – расплывчатая перспектива.

— Другого выхода у них нет. Необходимо, чтобы государство выделяло достаточные средства на строительство социальных квартир, а оно «расщедрилось» лишь на 3 тысячи квартир на весь Израиль. Подчеркиваю – на всю страну. Естественно, что если доля Ашдода составляет 2,5% от этих 3 тысяч квартир, то к нам придут ассигнования на 750 квартир, и это будет в течение 10 лет. Конечно, муниципалитет хочет, чтобы их было намного больше, поэтому мы строим дополнительные квартиры и от себя, от компании по развитию города Ашдода, за свои средства.

— Как вы считаете, чего от вас ждут горожане? Какая главная задача, за решение которой жители Ашдода были бы благодарны городским властям?

— Люди должны понимать, что прежде, чем что-то построить, нужно иметь утвержденный план по строительству. В Израиле сегодня так работает бюрократическая машина, что на это уходит несколько лет. Поэтому тем людям, которые говорят: «Вот вы же обещали построить то или иное, а оно до сих пор не строится!», мы отвечаем: у нас занимает время утвердить эти планы во всех организациях государства, начиная от министерства жилищного строительства и заканчивая региональной комиссией по строительству. Сегодня есть возможность начать громадные проекты, которые мы и осуществляем. Один из них – три  тысячи квартир в районе нашей речки. Второй проект – дом, к которому мы сейчас подводим инфраструктуру. Закончим примерно в следующем году.

Уверен, что поднимем ещё три тысячи квартир. Планы уже утверждены, осталось только провести подготовительные работы для того, чтобы подрядчики смогли начать строить эти квартиры. Вместе с ними – и жильё для социально необеспеченных слоёв населения. Утверждено порядка 556 таких квартир, которые будут построены в ближайшие два года.

— У партии «Наш Дом – Израиль», в которую вы входите, была и есть возможность выдвинуть законодательную инициативу по устранению бюрократических барьеров, мешающих развитию Израиля – и не только в области строительства. А после  этого осуществлять мониторинг  исполнения нового, регулирующего сроки, закона.

— Для этого нужно, чтобы у партии было хотя бы двузначное число депутатов в Кнессете. Мы всем говорим сегодня – и в нашем городе, и во всей стране: хотим избавиться от бюрократии, от монополии, действительно хотим, чтобы наше государство превратилось в развитое, как, например, Швейцария или Швеция, значит, должны сделать всё, чтобы у партий, которые борются за это, было большее количество мандатов в Кнессете. У нас люди очень образованные, всё понимают, желают самим себе лучших перемен в жизни, а на выборах вдруг голосуют как лебедь, рак и щука. И, в конечном итоге, партия, которая действительно борется за наши права, оказывается в Кнессете всего с 5–7 мандатами и не может обеспечить эти лучшие перемены.

— Почему при большом притоке русскоязычных репатриантов такой низкий результат голосования?

— Потому что, «когда два еврея встречаются, у них три партии сразу: у каждого есть своя, а вместе они составляют ещё и третью». Что происходит с русскоязычными гражданами страны? – Каждый знает, что нужно делать и даёт советы. Мы рады полезным советам, но очень бы хотели, чтобы при этом все объединились и вместе проголосовали. Если бы миллионная алия из бывшего Советского Союза проголосовала за одну партию, то уверен, у «Наш Дом – Израиль» было бы 30 мандатов, а не сегодняшние 7.

— За кого же голосуют эти люди?

— 50% из них вообще не ходят на выборы, так как считают, что неважно, кто голосует, важно, кто считает, поэтому нет смысла голосовать. На самом деле это не так – у нас демократическое государство и в счётных комиссиях есть представители от всех партий, потому там невозможно что-то подделать. С другой стороны, они – разных мнений, верят разным партиям, обещающим  им земной рай, несмотря на то, что не имеют ни опыта, ни образования, чтобы свои обещания выполнить.

— Скажите, пожалуйста, каким вы видите Ашдод, если партия победит на выборах? Вы думаете о своей следующей каденции?

— Первым делом, прежде чем идти на выборы в мэры, я должен быть уверен, что жители хотят меня видеть на этом месте. И это будет ясно в следующем марте, поскольку сегодня давать такую оценку сложно – все заняты выборами в Кнессет, никто не думает про муниципальные выборы. В марте-апреле мы проведем опрос, чтобы знать, хотят жители города, чтобы мы сменили нынешнюю власть или не хотят. Лишь бы втягиваться в предвыборную кампанию нет смысла.

С другой стороны, мы хотим, чтобы в Ашдоде был светский мэр, подобно бывшему мэру. Мы хотим, чтобы город оставался светским, и мы, наши дети и внуки могли жить в нём. Естественно, мы хотим, чтобы, по крайней мере, светская часть Ашдода объединилась и голосовала за одну фракцию, за одного представителя, который пойдёт в мэры, чтобы изменить направление движения нашего города.

Мы будем жить в мире со всеми жителями Ашдода, всем предоставлять необходимые услуги, однако для нас важно направление: либо Ашдод станет ортодоксальным религиозным городом, либо пойдёт светским путём, как Тель-Авив.

— Подобная декларация не нарушает устои государства Израиль?

— Нет, потому что наш призыв чётко означает: «живи и дай жить другому»! Мы не нарушаем устоев, только не хотим, чтобы нам диктовали, как жить в нашей стране и в нашем городе. В свою очередь, и сами не хотим, и не будем диктовать это другим.

 

Интервью вела

Ольга Березовская,

cпециально для kommersantinfo.com

/Кишинёв-Ашдод-Кишинёв/

Метки:

Смотри также:

Связанные истории

КАЛЕЙДОСКОП НОВОСТЕЙ: