Поиск..

360° Важно

Андрей Коробков: «Сомнения в справедливости и честности выборов будут оставаться».

.

Раскол в американском обществе вышел на новый уровень. Половина страны оплакивает поражение Дональда Трампа, другая половина, проголосовавшая за Джо Байдена, ликует. Была ли эта избирательная кампания действительно «битвой за душу Америки», может ли Трамп «отменить» результаты выборов, обсуждаем с Андреем Коробковым – доктором экономических наук, профессором политологии международных отношений Университета штата Теннесси, Нэшвилл, США.

– Господин профессор, что происходит с установлением власти в США? Когда Америка определится, какой президент ей нужен?

– Америка определится, в том смысле, что будет принято какое-то решение. Но она НЕ определится однозначно, поскольку, каким бы оно ни было, в условиях, когда страна политически расколота, одна её половина не примет это решение. В обществе произошла полная поляризация, как политическая, так и идеологическая, и в этих условиях будут оставаться сомнения в справедливости и честности выборов. Так что, половина страны не признает либо один, либо другой результат. 

– Знакомая ситуация. Казалось, она вполне может случиться в Молдове, где мы пока только пытаемся строить демократию, но никогда не произойдет в стране, называющей себя её оплотом. Что же будет дальше?

– С  точки зрения отрывных листков календаря, главной датой является 14 декабря, когда соберутся, собственно, 538 выборщиков и проголосуют за президента это будет официальный день голосования. После чего, 5 января результаты выборов сертифицируют в Вашингтоне, и 20 января президент, кто бы это ни был, должен официально вступить в свои права. 

– В любом случае, как Вы сказали, осадок, в виде недоверия главе государства и его сторонникам, с позиции половины Соединенных Штатов, останется.  Какой выход из пике? Если выборная система дает такие сбои, она будет пересматриваться, идет об этом речь? Час Х приближается, и некоторые российские политологи говорят о потенциальных волнениях в США, вплоть до гражданской войны. 

– На мой взгляд, волнения будут, гражданской войны НЕ будет, но глубокий раскол американского общества продолжится. Этот процесс начался с избранием Обамы, в 2008году. В какой-то момент представители белого большинства, многие из которых проголосовали за Обаму, позже стали воспринимать определенные действия этого президента как угрозу. Появилось понимание того, что, собственно, белые, которые создали Соединенные Штаты, доминировали в политической и экономической жизни этой страны, постепенно становятся меньшинством, и к середине XXI века потеряют свое абсолютное большинство. То есть, среди населения белых будет больше, чем кого бы то ни было, но они потеряют абсолютное большинство, их станет меньше 50%. Поэтому, через 8 лет произошел откат и проголосовали за Трампа, который почти открыто говорил, что сохранит преимущества белого большинства, и начал проводить достаточно жёсткую политику. Но его курс, консолидировав белую поддержку, одновременно привел к тому, что стали формироваться очень жёсткие оппозиционные группы, страна оказалась расколотой и, во время выборов 2020 года, оппоненты Трампа сформировали мощную коалицию, сделавшую всё, чтобы не позволить ему остаться у власти.  

В эту коалицию входит, с одной стороны, олигархический финансовый капитал, хай-тек, шоу-бизнес и информационный блок. Они транснациональны по своей сути, им совершенно невыгодна политика защиты внутренних производителей, путем повышения тарифов, которую проводит Трамп. Поэтому, они стали бросать миллиарды долларов на то, чтобы добиться его поражения на выборах. К этой коалиции присоединилась, практически, вся политическая элита, бюрократия и верхушка всех меньшинств, также начавших рассматривать политику Трампа, в качестве угрозы не просто своим интересам, а всей системе, построенной в США за последние 60 лет.  

И вот, комбинация огромных денег, саботажа инициатив Трампа со стороны политической верхушки, бюрократии и очень агрессивной политики определённых групп меньшинств, наряду с серьезными махинациями на выборах, привели к поражению Трампа, которое, однако, не признается его сторонниками, поскольку есть достаточно очевидные нарушения и подтасовки во время выборов. В целом же, эта кампания оказалась и самой грязной, и самой дорогой в американской истории. На неё было потрачено 14 миллиардов долларов, причем демократы израсходовали значительно больше, чем республиканцы, и огромную роль сыграла поддержка финансовой олигархии, хай-тека и шоу-бизнеса в ведении антитрамповской войны.  

– Трамп намерен бороться? И каков “план Б”, кем он видит себя после передачи полномочий?

– Он видит себя лидером республиканцев и всего движения, которое создал в последние четыре года. Пока непонятно, что именно Трамп будет делать. Если, в конечном итоге, ему придется признать поражение, видимо, он будет позиционировать себя как теневой игрок, от которого будет зависеть, кого выдвинут от республиканцев, а кого – нет. Пока проигрываются разные варианты. Трамп думает и о том, чтобы опять выдвигаться через 4 года, и о том, чтобы оказывать серьезное влияние на выбор других кандидатов. Идут разговоры о том, что он создаст альтернативную информационную структуру, правый телевизионный канал – конкурент «Фоксу», который будет разбивать информационную монополию элиты, фактически существующую в США. Демократы контролируют порядка 90% этих средств массовой информации, так что, в общем, действует такая жёсткая политическая цензура. 

–  Чего ждут непосредственно от Байдена и его администрации?

–  Очень трудно говорить об ожидании чего-то от Байдена, который пребывает в состоянии такого, уже счастливого, будем говорить мягко, тумана. Поэтому, возникает сразу несколько вопросов: кто реально будет править? Его семья, как это часто бывает в такой ситуации, какое-то окружение, власть будет постепенно переходить к Харрис? –   Никто этого сказать не может, в том числе, они сами. Почему?

Американская система очень индивидуальна. Президент –  единственный человек, который получает национальный мандат на выборах, и отобрать у него эту власть очень сложно. Даже если, скажем, Байден впадет в полный маразм, демократам создавать такой прецедент и признавать, что они выдвинули на высшую должность человека не совсем здорового –унизительно и опасно. Так что, скорее всего, реально Байден будет оставаться у власти, а, в случае ослабления его состояния, она, вполне возможно, начнёт сваливаться в руки членов его семьи и ближайшего окружения, которые, надо сказать, являются не самыми чистоплотными людьми во многих отношениях. 

В самой же Демократической партии идёт очень жесткая борьба двух группировок. Одна из них – центристы, в основном, престарелая публика, типа Байдена, которые хотят проводить традиционную политику. Например, спикеру Палаты представителей Нэнси Пелоси– 80 лет, двум основным фигурам, республиканским сенаторам Митчу Макконнеллу – 78 лет, Чаку Грассли  – 87. Как видите, по сравнению с этими людьми, брежневское политбюро – молодёжный атлетический клуб. 

Так вот, эту группу центристов атакуют сейчас леворадикалы: как идейные социалисты, типа Александрии Окасио-Кортес, так и представители всевозможных группировок меньшинств – этнических, расовых, гендерных, сформированных по принципам сексуальной ориентации – каждый из которых хочет представительства в правительстве и, одновременно, продвижения своих политических программ. Поэтому, все будет зависеть от того, какой баланс власти установится, сможет Байден все-таки маневрировать между этими группировками, или же одна из них возобладает. Это, соответственно, или двинет партию в центр, оставляя ее одновременно в состоянии коррупционного застоя, или – резко влево. 

В зависимости от этого, будет формироваться и политика правительства, его будущее, потому что победа левых наверняка оттолкнет политический центр при следующих выборах, значит, демократов через 2 года будет ждать разгром. А победа центристов приведет к процессам, аналогичным советскому застою середины 80х годов. То есть, в принципе, США сейчас входит в глубокий системный кризис, одновременно с катастрофическим старением политического руководства.

– При этом активность будет сохраняться только внутри страны, или внешняя политика снова выйдет на авансцену?

– Внешняя политика точно будет меняться. Трамп считал, что время Холодной войны прошло, что нужно улучшать отношения с Россией и начинать жесткую политику сдерживания по отношению к Китаю, поскольку именно Китай, с его точки зрения, является угрозой для США. Для этого Трамп хотел использовать Россию, в качестве противовеса, это – первое. Второе – он начал разрушать систему свободной торговли, которую либеральные глобалистские элиты строили последние 30 лет. Трамп считает, что открытие экономических границ и ликвидация тарифов привели к разрушению американской экономики, промышленности, прежде всего, перерабатывающей, сельского хозяйства. Именно поэтому он начал тарифные войны, начал давить Китай. Он также считал, что центр мировой власти уходит из Атлантики в Тихий океан, поэтому, Европа теряет свое стратегическое значение и, хотя альянс с ней надо сохранять, но пора перестать спонсировать европейцев. 

Байден – представитель классической внешнеполитической элиты времен Холодной войны, и ментально застрял где-то в 70х годах. Он пришёл в Конгресс в 1972 году, то есть, почти 50 лет назад, и где-то там продолжает жить: воспринимает Россию как главную угрозу, и очень сильно завязан на Китае, в том числе, в плане экономических интересов. Поэтому, Байден попытается улучшить отношения с Китаем, одновременно начав новую волну давления на Россию, и вернуть центр американской внешней политики в Европу. 

Первое: он немедленно вернётся за стол переговоров с Россией, поскольку считает российское ядерное оружие угрозой для США, поэтому, переговоры возобновятся по контрасту с периодом Трампа. Одновременно Байден восстановит Европейский альянс, в том числе, НАТО. Он пойдет на резкое улучшение отношений с Ираном и Кубой. При этом люди, окружающие Байдена, являются интервенционистами и, вполне возможно, будут попытки расшатывания ситуации в ряде стран постсоветского пространства, то есть, новые цветные революции. Не исключено, что Байден вмешается в какие-то конфликты на Ближнем Востоке, прежде всего, в Сирии. И не исключено, что он также влезет в Венесуэлу или другие регионы Латинской Америки. 

Его окружает очень милитаристски настроенная группировка, поэтому, в общем, будет восстанавливаться политика Обамы. Хотя, хочет Байден или нет, некоторые элементы «трампизма» останутся, прежде всего, у политической элиты, если не у Байдена лично. У истеблишмента уже есть восприятие того, что Китай – это, всё же, главная реальная угроза, поэтому, политика давления на Китай будет продолжаться.

Как я говорил, несмотря на высокий уровень риторики и, в целом, враждебность по отношению к России, возобновятся переговоры в сфере приостановки гонки вооружений – это никуда не уйдет. Однако надо учитывать, что, несмотря на риторику и ту картинку, которую рисовали американские СМИ последние четыре года, Трамп принципиально отказался от военного вмешательства в другие страны. Сколько его ни пытались втянуть, он не пошёл в Иран, улучшил отношения с Северной Кореей, отказался идти на новые конфликты. Дональд Трамп – первый президент за более, чем 40 лет, который не начал ни одной новой военной интервенции. Один из последних его актов – резкое сокращение американского контингента в Афганистане и Ираке. С Байденом  всё будет наоборот. Да, будет много разговоров о мире и сотрудничестве, но, скорее всего, США влезут в какие-то новые военные авантюры. 

– Вы сказали о возможности попыток со стороны новой администрации расшатать ситуации в ряде стран постсоветского пространства. Это может быть Молдова? Белоруссия – вдогонку? Украина, Киргизия?

– Да, скорее всего, так и будет, потому что Байден сам является сторонником либерального интервенционизма. Отказывается признать полный суверенитет государств, которые не играют по американским правилам, является горячим приверженцем ослабления России, путем создания конфликтных ситуаций на её границах, поэтому – да,  активность американской внешней политики в странах, окружающих Россию, резко возрастет. 

– Что будет с инициативами Трампа в области миграционной политики? «Великая мексиканская стена» тоже отменяется?

–  Всё будет наоборот. Дело в том, что Трамп начал эту кампанию с совершенно четкой целью: это была одна из попыток сохранить белое большинство в Америке. Поскольку более 90% иммигрантов приезжают не из Европы, то Трамп рассматривал миграцию, как механизм быстрого усиления влияния демократов в политической сфере. Поэтому, он сделал всё, чтобы в целом снизить объём миграции и резко изменить структуру миграционных потоков, с  регионально-этнической точки зрения. Демократы, наоборот, рассматривают иммиграционную политику, как очень важный механизм усиления своего влияния, поэтому, всячески будут стимулировать иммиграцию в целом и, особенно, из стран Третьего мира. 

– Вы знаете, со стороны кажется, что Америка не поняла Трампа и, поэтому, его не приняла.

–  Нет, она его и поняла, и приняла. Понимаете, Ольга, ещё товарищ Сталин говорил: «важно, не кто и как голосует, а кто и как считает». Тут были массовые подтасовки. Страна расколота пополам, у половины населения Трамп встречает горячую поддержку, у второй половины –откровенную ненависть. И в этой ситуации, нарушения на выборах, конечно, могут очень эффективно склонить чашу весов в одну или другую сторону. 

Америка очень хорошо поняла и приняла Трампа. Поняла, что он – не просто очередной президент, он – системный реформатор, который реально пытался изменить систему внутренней и внешней политики. И, поэтому, для одной половины он – буквально Мессия, который мог изменить ситуацию к лучшему, а для второй, особенно для американских элит, Трамп – смертельный враг, угрожающий их политическим и экономическим интересам. 

Я  уже сказал, кто находится в оппозиции к Трампу, но у него очень сильная база поддержки, это – белый средний класс, это – малый и средний бизнес, это – силовой блок и реальный сектор экономики, то есть, промышленность, особенно обратывающая, сельское хозяйство. Вот они все горячо его поддержали. А оппоненты Трампа – финансовый капитал, хай-тек и шоу-бизнес. Это – избираемая политическая элита, бюрократия, верхушка академии и журналистики и, в целом, меньшинства. То есть, страна жёстко расколота по этим линиям. 

– Но почему шоу-бизнес?

– Потому что финансы, хай-тек и шоу-бизнес по своей сути космополитичны и транснациональны. Им не важно, где делать деньги, а важно, чтобы можно было спокойно перетекать из страны в страну, продавать свой продукт, услуги и использовать самую дешевую рабочую силу. Начав останавливать тарифные барьеры, Трамп очень сильно ударил по их экономическим интересам, и все они выбросили миллиарды, чтобы спасти сотни миллиардов. 

Байден за каждый голос, который он получил, заплатил более 18 долларов, а получил он почти 80 миллионов голосов. Были выброшены огромные деньги на телевизионные ролики и другие виды рекламы, шла ежедневная, ежеминутная пропаганда против Трампа, при этом, демократы контролируют около 90% медийного рынка.  

– То есть, переломить эту ситуацию невозможно?

– Если бы выборы были честными, я думаю, Трамп бы выиграл. Но доказать нарушения практически нельзя, поскольку они шли в тот момент, когда проследить их было невозможно. Это колоссальный вброс бюллетеней по почте, когда проверить, кто голосует, очень сложно, нарушения с самим software (программным обеспечением) машин для голосования – всё это, оказывается, очень сложно проследить. То есть, ясно, что и как происходило, а вот доказать это в суде практически невозможно. Конечно, ошибка республиканцев и трампистов была в том, что они не уделили этому должного внимания и с достаточной энергией не боролись против массового голосования по почте.

– Господин Коробков, как изменятся взаимоотношения Израиля и США при Байдене?  

– Для Израиля итоги выборов в США – экзистенциальная катастрофа, поскольку Трамп был самым произраильским президентом в истории, а Байден – наоборот. Он – традиционный политик и будет проводить обычную линию, но среди левых есть много людей, которые настроены не просто антиизраильски, а антисемитски, в том числе, целый ряд мусульманских активистов, как Ильхан Омар. Они, конечно, будут всё время толкать американскую политику в направлении если и не антиизраильском, то, по крайней мере, уже не рассматривающем Израиль в качестве особого партнера Соединённых Штатов. 

Парадокс здесь состоит в том, что до сих пор примерно 80% еврейского электората в США голосует за демократов, хотя политика Демократической партии становится всё более антиизраильской.  Более того, во время погромов этого лета, многие активисты таких организаций как Антифа, совершенно целенаправленно грабили, жгли еврейские магазины и синагоги в Филадельфии, Сан-Франциско, Лос-Анджелесе. Деятельность этих группировок всё более приобретает открытый антисемитский характер.

– Как гласит надпись на кольце царя Соломона, «ничто не проходит бесследно». Я благодарю Вас за детальный анализ нынешней ситуации в США. Как будут дальше развиваться события в этой стране, мы узнаем 14 декабря.

Интервью вела

Ольга Березовская

Специально для kommersantinfo.com

Нэшвилл /США/ – Кишинёв

Метки: