Поиск..

Важно

Лев Вершинин : «Молдову хотят разыграть, как мелкую карту, абсолютно не интересуясь её судьбой».

.

Еще в начале марта международный эксперт из ЕС Лев ВЕРШИНИН говорил  о том, что, скорее всего, противостояние России и Украины на первом его этапе не затронет Приднестровье, а затем и всю Молдову. Но сегодня положение во многом изменилось, военные действия трансформировались, смещаются  территориально, и не исключено, что могут докатиться до наших границ. Кроме того, начала меняться и внутренняя ситуация в Молдове.

— Господин Вершинин,  удастся ли нашему нейтральному государству избежать напора по втягиванию в российско-украинский конфликт? Какой у Молдовы есть туз в рукаве?

— Я, наверное, не открою тайну, сказав, что по всей логике, Молдова не имеет никаких интересов вообще в этом конфликте. Вред от конфликта для неё очевиден, всем растолковывать не надо. Пользы от него – никакой, хотя бы потому, что, если каким-то чудом вдруг удастся затянуть в него Молдову, то, в результате, для очень небольшой и не такой уж населённой страны, итоги этого совершенно чуждого ей проекта будут трагическими.

Представьте на секундочку, что по вашей небольшой территории прокатилась очень большая и чужая вам война. Попробуйте представить себе на секундочку, что всё то железо, которое летает в воздухе над Украиной, хотя бы десятая его часть, пройдётся по Молдове: по столице, по городкам и сёлам. Попробуйте представить себе, что такое для Молдовы, если хотя бы 10% от примерно 50 (то, что подтверждено) тысяч реально погибших украинцев погибнет в вашем строю. Это национальная трагедия, на самом деле.

Второй вопрос: Молдове, как я уже говорил, этот конфликт не нужен абсолютно. Отдаю должное госпоже Санду – она до сих пор крутилась, как политическая супергимнастка, уступая, в чём может, чтобы это не навредило, конечно же, ей и её карьере, но и Молдове. Она всё понимает, но при этом она в тисках обстоятельств и обязательств.

— Речь идёт о её свежем выступлении в Европарламенте и заявлении Великобритании о помощи Республике Молдова?

— В частности. Майя Санду очень долго уступала по мелочам, включая решение о георгиевских ленточках, если кто-то у вас ещё этого не понял. В подобной игре ни она, ни Зеленский, ни кто-либо другой совершенно не субъекты, а чистые объекты. Сегодня она и вообще ваш истеблишмент, даже если бы в нём сидели люди суперуровня,  может только утираться, видя, что впереди бойня, и сознавая свое бессилие что-то изменить.

Есть проект. В рамках этого проекта первый этап российской спецоперации прошёл неудачно, в силу дезинформированности и из рук вон плохой подготовки. Но сегодня совершенно понятно, что Россия, оказавшись в ситуации, когда компромисс невозможен, потому что зависит не от Киева, будет действовать медленно, тяжело и беспощадно, повышая ставки по мере повышения ставок реальных врагов, потому что игра идет на вылет, и потому, что не Киев – реальный враг. Киев – инструмент реального врага. А можно ли инструмент считать врагом? Инструмент нужно сломать, чтобы враг не мог им оперировать, но не более того.

Сегодня реальные враги России и Китая в этой непростой ситуации жмут. Им нужен любой фактор, который ослабит Россию. Притом вмешивать прибалтийских карликов или Польшу напрямую люди из альянса не хотели бы, так как ни при каких условиях альянс не проголосует за начало открытой войны. Молдова – не член альянса, понимаете? Говорить о крохотной и совершенно никакой армии Молдовы – тоже несерьёзно. Молдове нужно стать как бы жертвой. Когда-то англичане, в 1941 году, предлагали болгарскому царю Борису произвести хотя бы один-два выстрела по немцам, а потом эмигрировать. Борис спросил, пришлют ли им войска для защиты. Не получив положительного ответа, он отказался от предложения, заявив, что не может подставить Болгарию под железный каток.

Вот и сейчас очень нужно, чтобы Молдова либо попросила Киев помочь вернуть Приднестровье, либо сама объявила спецоперацию по возвращению Приднестровья. Что будет дальше с Молдовой, не интересует абсолютно никого на западе, как и не интересует, что будет дальше с Украиной. Молдове настоятельно предлагают стать еще одним инструментом на один раз. Поскольку госпожа Санду,  не имея никаких гарантий, кроме разве что гарантий личной безопасности, видимо, этого не хочет, происходит именно то, что вы сейчас сказали. Да, она не настолько связана по рукам и ногам, как Зеленский, но она типологически того же вида, и не может упираться. Ну да, заявление в Европарламенте. Но это слова, которым в устах политика, тем более, объектного, грош цена. Реальность такова, что к Санду приезжают серьёзные гонцы от серьезных сил. На неё давят и, как я смотрю, уже ломают, а запас прочности не так уж велик. Не Орбан ваша Майя, не Эрдоган, не Лукашенко. А у реального противника России интерес в вашем регионе очень серьезен: как минимум, необходимость разблокировать порты, необходимость оттеснить российский флот и, если получится, покорёжить его.

Вот какова цена вопроса, и не только военного аспекта. Остается только гадать, до какой степени у политика Майи Санду, президента Молдовы Майи Санду, женщины, в конце концов, хватит прочности. Сколько времени пройдёт до того, как она щёлкнет каблучками: «Yes, sir!»? Даже притом, что если (или когда) это произойдет – горе Молдове.

— Значит, втягивание Молдовы в конфликт зависит не от планов  Российской Федерации по освоению удобных ей территорий в ходе спецоперации, а исключительно от того, сколько сможет сопротивляться влиянию западных партнёров  Майя Санду?

— Безусловно. У России в данном случае абсолютно нет никакой заинтересованности втянуть Молдову в конфликт.

— И по пути в Измаил она не заглянет ни в Тирасполь, ни, тем более, в Кишинёв?

— Если кто-то проходит рядом с Молдовой, абсолютно не собираясь вмешиваться в её дела, это не значит быть в ней. Втягивать вашу, пусть маленькую, страну, открывать ещё один фронт ни в политическом, ни в военном отношении России не выгодно и даже пагубно. Напротив, играя на понимании этого в Москве, кстати, это уже и получалось немножко у вашего истеблишмента, Молдова может отгрызать себе какие-то мелкие вкусняшки.

Совершенно понятно, что наносить удар по Украине из Приднестровья Россия не будет, потому что не может. Слишком невелик контингент, особенно, если учесть какой кулак создали там. Этот кулак слегка редеет на Николаевском направлении, но он усиливается в связи с притоком с запада. Атаковать из Приднестровья России ни с какой стороны невыгодно – это создавать casus belli. Захватывать Приднестровье? Об этом вопрос тоже не стоит. Даже в сказочных мечтах и суперзавоевательских планах прозвучало на высшем российском уровне: «до границы Приднестровья».

Далее: ровно 30 лет Молдова живёт в подвешенном состоянии с Приднестровьем. Давайте прямо говорить, приднестровские элиты тысячами ниточек, незаметных обычному человеку, но прекрасно известных журналистам вашего уровня, связаны с элитами Кишинёва, и вместе были связаны с элитами Киева. Им это совершенно не нужно. Молдова получала от Приднестровья вполне конкретные плюшки, которые были выгодны всем. Я даже не буду упоминать знаменитое название «Sheriff», представителей которой вы видите в Кишинёве в хороших ресторанах. То есть, приднестровская проблема не болезненна, но её можно раздуть – как любую и из чего угодно.

— Мне представляется, что приднестровские элиты должны сказать какое-то «Б» своему населению, предполагающему, что наступил тот самый час Х для решения этой тридцатилетней проблемы.

— Ни один политик, даже приднестровский, не будучи идиотом, не скажет сейчас о присоединении к России, разве что, какие-то активисты могут бегать и прыгать. Что произойдёт со временем, мы просто не знаем. Но сегодня есть абсолютно чёткая позиция руководства Приднестровья: «мы – вне конфликта».

Теракты на их территории не дают им остаться в стороне.

— Сейчас вы услышите от меня формулировку, которую мало кто слышит. Услышать от меня «100%» редко можно, я не использую  такие формулировки, тем не менее: что бы кто ни говорил, к этим терактам никакого отношения не имеют спецслужбы Молдовы. 100%. Никакого отношения к этому не имеют и власти Приднестровья. Это – чистейшая работа украинских спецслужб, которые на каком-то моменте имели чёткое указание спровоцировать конфликт. Потом, после известного смягчения, указания смягчить с запада, это прекратилось, но может быть всякое. Будь я руководителем Приднестровья или его спецслужб, сосредоточил бы все возможные силы на том, чтобы одну из десантно-разведывательных групп отловить и предъявить.

То есть, ни Москва, ни Кишинёв, ни Тирасполь не заинтересованы в обострении. Я в этом просто уверен, исхожу из фактов и логики. По большому счёту, сейчас из Молдовы хотят сделать зомби, мелкого камикадзе, чтобы осложнить ситуацию для России. И это происходит не только на вашей границе, но вас легче всего подтолкнуть в этом районе. Ещё раз повторяю, я отдаю должное госпоже Санду в том, что она держится долго, но, когда ей сообщают, что Молдове дадут оружие, оно даётся для того, чтобы воевать, и когда спикер правящей партии заявляет о готовности это оружие принять, ясно, что молчать железо не будет. Чтобы защищаться, оружие вам не нужно, поскольку защитить себя в случае замеса ваша страна не сможет, даже имея ядерный арсенал. Молдова сильна и жизнеспособна только в мирной обстановке!

— Что или кто может повлиять на Майю Санду? Или поддержать её в стремлении сохранить нейтралитет? Судя по соцсетям, народ Молдовы начинает испытывать откровенный страх.

— Посмотрите на пример Зеленского, который шёл, как президент надежды, с совершенно другими планами. И к чему пришёл? Ваш народ может президента только просить: «Майя, не делай глупостей!» И напрасными будут крики: «Майя, уходи!» Не уйдёт, она – законный президент. Ей простят все, вплоть до начала репрессий против оппозиции.

— Так что, зомби апокалипсис?

— Я не хочу никого пугать, но в наихудшем случае Молдова будет большим Мариуполем, причём подготовиться вы уже не сможете. У вас нет таких крепостей. Если вы атакуете – вас атакуют. Жертвы, погибшие люди. В лучшем случае, вдрызг разрушенное Приднестровье, и на много десятилетий вперёд – страна, в которой жить невозможно в принципе. Если сейчас Молдова впишется – это будет крах для неё. Причём от Молдовы даже не надо нападать. От неё требуется попросить Украину о помощи провести полицейскую операцию по защите Приднестровья. Это камешек, который стронет лавину. Если, не дай Бог, Молдова с помощью нового оружия и румынских добровольцев, переодетых в молдавскую униформу, пойдёт с другой стороны – это большой камешек, который также стронет лавину.

Сейчас у вашей страны момент и очень хороший, и очень плохой. Очень хороший, потому что, вцепившись в полный и абсолютный нейтралитет на деле, кричать можно всё, что угодно: осуждать, запрещать ленточки, брать штраф с господина Додона и даже посадить его. Но не надо лезть в эту ситуацию, не надо брать оружие – от этого Молдове только зло. Причём тут есть некий элемент обречённости, потому что лично я знаю, какой идёт прессинг. И знаю, до какой степени человек может противостоять этому прессингу, будучи продуктом деятельности тех, кто прессует.

— Если Майя Санду будет отстаивать свою позицию, упирая на нейтралитет, что ей может грозить?

— Чисто теоретически? Ну да, она может на такое пойти.Тогда её, скорее всего, ждёт судьба Ющенко. Пожмут плечами, скажут: «Майя, ты не оправдала доверия», и переизбраться она уже не сможет – создадут «новую» Майю Санду. Закроют будущую карьеру в международных структурах или в Румынии. Как самый крайний вариант, поскольку они всегда копят папочки с компроматом, возможно, достанут из какой-то из них информацию о каких-то схемах и post factum привлекут к суду.

Ющенко в своё время, в 2008, отказался плясать под чужую дудку чисто из страха, спасибо ему хотя бы за это, ему просто закрыли карьеру. Во всем остальном он был послушен, и его не стали мучать, но политика для него закрылась.

— В здравом уме можно уравновесить такой выбор: судьба Мариуполя для Молдовы или личная карьера? Кроме того, если с согласия Президента РМ страну втянут в конфликт и атакуют, о каком втором сроке Санду может идти речь?  

— А Зеленский производит впечатление сумасшедшего? Он, прежде всего, актёр. Он амбициозен, честолюбив. Он купается в любви и сегодня играет ту роль, к которой готовился долго, минимум три года. Вся эта история началась, когда запустили первую серию «Слуги Народа». Понимаете, он сейчас получает то, что мало какому актёру выпадает.

— Любое кино заканчивается, а с ним – и роль.

— Да. Но. Помимо роли и оваций, Зеленский является очень богатым и очень уважаемым человеком на западе, очень популярным. Его будут гладить, на руках носить и ему гарантирована жизнь. Вы понимаете? Достигли договорённостей, иначе он бы не вернулся из Польши во Львов, а потом и в Киев. Не факт, что ему потом гарантировано президентство, хотя он очень этого хочет, но совершенный факт, что ему гарантированы жизнь, богатство и почёт.

Что Майя Григорьевна? Она – человек другого склада. Конечно, честолюбива, как политик, но по характеру своему – чиновник. У неё нет этого безумного, всё сжигающего актёрского честолюбия. Тогда из чего она исходит? В чужую душу, разумеется, не влезешь. Но ведь может быть так: с одной стороны – «сделай то-то, получишь то-то», а с другой – «не сделаешь, так накажем». В любом случае, мы понимаем, что как бы плохо ни было стране, Майя Григорьевна будет жить. Если что, какой-то Лексус или Хаммер унесёт её в сторону Румынии.

Выбор непростой: пожертвовать Молдовой в рамках большого чужого проекта, и за это получить плюшки, на которые не поскупятся или попытаться спасти Молдову и получить осложнения в личной жизни. Это даже не решение одного человека. Во-первых, решение уже состоялось далеко не в Кишинёве, а там, где человеческие жизни, жизни маленьких и даже больших государств ничего не стоят. Третий раз в истории организуется гигантское кровопролитие для того, чтобы преодолеть экономический кризис, и чтобы корпорации могли заработать.

Как предотвратить?  На месте кишиневских политиков, имеющих хоть какой-то уровень субъектности, я бы организовал массовые шествия под политическим лозунгом: «Майя, спаси Молдову!» Чтобы и христианские демократы, и унионисты, и социалисты, и коммунисты скандировали: «Майя, не вписывайся в войну!». Хотят у вас того или нет – она президент. Она олицетворяет государство. И она – главнокомандующий.

Сейчас всё решается не за день, два, три, хотя летом каждый день можно ждать любых новостей, вы попали в воронку. Но чем дольше Молдова вне конфликта, тем меньше у неё опасности, что втянут. Как только актуальными станут такие города, как Запорожье и Днепр, Кривой Рог и Харьков, этот фронт станет менее актуален.

— По поводу объединения всех политиков под общим лозунгом спасения Молдовы – оно сейчас не получится. Выше Вы обмолвились о возможности начала репрессий против оппозиции. Речь идет об экс президенте Игоре Додоне?

— В частности. Пожалуй, даже в первую очередь.

Как это можно будет рассматривать?  Как манифестацию силы в устранении  инакомыслия или упреждающее действие по исключению конкурента, в случае массовых выступлений против решений нынешней власти?

— Думаю, если в Молдове начнется ужесточение политики по украинскому образцу, это будут не масштабные, а знаковые аресты в науку всем тем, кто посмеет выступать против. Ещё раз повторю, что от трагедии вашу страну могут спасти не политиканствующие кланы, а массовый протест народа против втягивания, и за то, чтобы ваше государство осталось нейтральным. Поскольку протест народа сам по себе не возникает, вы идёте в русле, которое прописали те, кому на Молдову плевать. Я думаю, что где-то к августу ваша страна попадёт под каток.

Додон, конечно, конкурент, тут спорить не приходится. Любые репрессии в отношении его будут иметь характер демарша, по молдавским масштабам очень серьёзного. И рискну предположить, что если такое случится, речь пойдет не о коррупции. Скажите, пожалуйста, часто ли в истории Молдовы в отношении первых фигур возбуждались дела по статье «государственная измена»?

— Это впервые.

Вот. Давайте порассуждаем. Додон – оппонент Майи Санду, и устранить его она хотела бы. В нынешней ситуации у Додона появляется шанс оседлать волну. По привычной логике, щемить предшественника нынешний президент может, как повелось у вас, пустив в ход какие-то мутные дела, которые раньше не пускали: деньги, финансы. Но это в порядке вещей. Это не схема, предполагающая безосновательные обвинения в «измене», «шпионаже» и так далее. Никакой нормальный политик не обвинит в государственной измене своего основного конкурента, зная, что этому конкуренту сочувствует значительная часть общества. Поэтому, если что-то подобное случится – конечно, не завтра, не послезавтра, не через неделю, но в июне или июле – это будет, скажем так, лакмусом.

— Лакмусом чего? И какова же цель, на ваш взгляд?

— Как минимум, подготовить молдавское общество к тому, что будут приняты со страхом и без ропота любые решения. Готовить народ, готовить структуры, чтобы в час X, когда он наступит, никто не пошёл против, чтобы сейчас никто не повышал голос.

На Додона можно много чего найти, но никто в худшие моменты не обвинял его в измене родине, хотя в чём только его не обвиняли. Таким образом, чётко заявляется: «мы будем повышать ставки до предела!» Всех, кто хоть как-то не поддерживает идею вмешательства Молдовы в конфликт через месяц -два-три, начнут щемить.

— Мой следующий вопрос связан с заявлением Анджея Дуды о том, что между Польшей и Украиной не будет больше границы. Можно ли предположить перенос такой ситуации на пары Румыния-Украина, Румыния-Молдова?

— Теоретически, так может быть. Если завтра руководство Румынии  подписывает какие-то договоры с властями Молдовы, вводит войска на её территорию, и они останавливаются на Днестре, не трогая Бендеры – судьба, значит, у Молдовы такая. Если этот договор подразумевает хоть как-то коснуться Приднестровья, тогда ситуация совсем другая.

Я считаю, Румыния не так люто вписана, как Польша, у неё не настолько плотный интерес.  Другое дело, если Украина поползёт по швам, поляки и румыны введут войска – это понятно. Точно так же, как венгры введут войска в Берегово. Не думаю, что сейчас настолько остро это стоит. Такая ситуация, как в случае Дуда-Зеленский – очень вряд ли. Румынам это не нужно. Им наиболее логично просто ждать, оказывать бесценную помощь альянсу и Украине. Они в приятном положении, понимая, что в любом случае сладкие плюшки будут, а уже какого уровня – это они посмотрят. По любому, Румынии не нужна совершенно разрушенная Молдова.

— И еще один актуальный вопрос, поскольку сани надо готовить летом: несмотря на прямое военное противостояние, российский газ поступает в Украину. Значит ли это, что если в Молдове произойдут изменения, о которых мы говорили выше, транзит топлива в неё продолжится?

— Россия, как показала жизнь, к удивлению многих, включая меня, оказалась более готовой к экономической войне, чем предполагали. И сейчас в сфере энергетики предложила Молдове достаточно хорошие отступные за хорошее поведение. Это вполне устраивает Молдову. Оно не идеально, но оно и не плохо. Мне совершенно ясно, как и вам, что, в создавшейся ситуации фактор энергоресурсов и ценообразования приобретает политическую окраску. Естественно, Россия на этом играет. И я вам скажу, что самое смешное – Россия госпожу Санду устраивает, как лучшее из худшего. В отличие от хитрого Додона, Санду реально неглупа. Но если на Майю Григорьевну и её правительство сильно надавят, Молдову принудят покупать газ гораздо дороже. Ваши будут стоять до конца, чтобы этого избежать. Вот прикиньте на секундочку, что энергоресурсы станут вчетверо дороже, как это на населении отразится?

— Тем не менее, разговоры об альтернативных поставках продолжаются.

— Давайте не забывать, что политика – это такая штука, которая существует на всех уровнях. Естественно, политика есть даже в Молдове. Политика есть и в Тирасполе, и в Комрате. Еще раз подчеркну: и в Комрате. Без расшифровок. На местном уровне каждая политическая сила, каждая политическая группировка, каждый политический клан пытается ловить рыбку в мутной воде. Это также затрудняет положение Майи Григорьевны. Не надо забывать, что господин Плахотнюк, между прочим, которого, казалось бы, обобрали и выбросили, имел массу связей. Убрав Плахотнюка, обрезали интересные контакты этого человека. А эти контакты совершенно не возражали бы возобновить своё влияние – и это только один фактор.

На вашем уровне идёт своя драчка. Все хотят что-то выгрызть, пытаются влиять и показывать, что будут не хуже, пытаются ставить палки в колёса, подталкивать президента к опрометчивым решениям, которые она может просто чутьём не хочет принимать. Я не являюсь поклонником госпожи Санду, но под неё, естественно, копают, поскольку она – президент. Каждый хочет быть президентом, каждый хочет влиять. Каждый хочет напрямую выходить на покровителей – тоже понятно. Отсюда идут ваши местные тёрки.

Подытожу: если Молдова включится в экономическую блокаду, то тогда бомбить её никто не будет. Но тогда не очень богатая республика станет очень нищей. По сравнению с ней Албания, Северная Македония и Болгария будут процветающими Сингапурами.  Народу останется только бежать, чтобы не погибнуть с голоду. В то же время, напомню поговорку: «Не до жиру – быть бы живу». Выбор есть всегда.

В своё время Ханс-Адам Лихтенштейнский потребовал референдум об абсолютной монархии в Лихтенштейне: «Если вы проголосуете против моей идеи, я отрекусь от власти и уеду работать банкиром в Швейцарию. Мне там лучше». Весь народ проголосовал за абсолютную монархию. Сейчас правитель там может, теоретически, рубить головы, объявлять войну, но он этого не совершает, а став абсолютным монархом, делает Лихтенштейн всё лучше и лучше.

— Как вы думаете, в таком контексте у Приднестровья и Гагаузии есть другой взгляд на будущее?

— У Приднестровья – вилка. Если не произойдёт чего-то очень серьёзного – пересидеть, посмотреть, как дальше будет. Если что-то всё же произойдёт, исходите из того, что Россия не может не помочь – любыми средствами. А средства, вы же знаете, повышаются. Россия не может себе позволить повторить историю крейсера «Москва». То есть, Приднестровье и Молдова сейчас –  заложники.

Что касается Гагаузии. Говорят, что она – пророссийская, но Гагаузия – гагаузская. Можно сказать, в известной степени, протурецкая, но никак не прорумынская. Если вопрос ставить ребром, то этот камушек может на несколько дней затормозить любые действия, которые планируют те, кто затрагивает Молдову в этой партии. Больше я ничего не скажу, кроме того, что Гагаузия – это серьёзный фактор в рамках Молдовы. Пока Кишинёв ведёт взвешенную политику, не вписанную в большой расклад, от Гагаузии никаких неприятностей ждать не приходится.

— Давайте подведём итог. К чему мы пришли для нашей Молдовы?

— Молдову сейчас хотят разыграть, как мелкую карту, абсолютно не интересуясь её дальнейшей судьбой, а рычаги воздействия на вашу страну у запада есть. Остаётся надеяться на то, что высший политический истеблишмент РМ дорожит существованием страны и физическим существованием многих тысяч её жителей. Больше надеяться не на что.

Если же для большей его части условные 10 миллионов долларов, кресло сенатора на один-два срока в Бухаресте и дом с садом где-нибудь в красивом месте важнее, чем судьба родины, Молдове можно только посочувствовать. Если кто-то заинтересован в существовании Молдовы, то какой-то шанс у вас есть.

 

Интервью вела

Ольга Березовская,

специально для kommersantinfo.com

 

Метки:

Смотри также: