Поиск..

Важно Перспектива

Евгений Шевчук: «Обстановка в Приднестровье и Молдове подходит к моменту жестких противоречий»

.

Нынешнее обострение социально- экономической ситуации в Молдове и Приднестровье уже ведет к политическим трансформациям на обоих берегах Днестра, что не может не отразиться на взаимоотношениях сторон. Первый звоночек, связанный с доставкой гуманитарного медицинского груза для борьбы с COVID-19,  уже прозвенел. Граница между РМ и Приднестровьем по-прежнему на замке. Крайне нежелательно, но переговорный процесс, длившийся вот уже 30 лет, вполне может быть отброшен к начальной фазе. Политический консультант и прогностик Лев Вершинин недавно заявил, что вопрос давно был бы решен, останься у власти в Приднестровье Евгений Шевчук. Но это – его мнение, а что думает по этому поводу сам экс лидер? После сложения полномочий он надолго дистанцировался от СМИ, в нашем издании никогда не публиковался, и вот, по его собственным словам, оценив ситуацию, решил снять табу. Обстановка в Приднестровье и Молдове подходит к моменту жестких противоречий и, с учетом выборов на обоих берегах Днестра, год может стать решающим для позитивных перемен. Как правило, бывшие руководители обладают широкой информацией с мест, знают о настроениях большей части населения, и Евгений Шевчук «считает важным помочь избирателям Приднестровья перевернуть страницу олигархической истории» региона. Также, в интервью kommersantinfo.com, у него есть возможность согласиться с мнением эксперта Вершинина или опровергнуть его. Итак, сегодня мой визави – экс лидер Приднестровья Евгений Шевчук.

– Господин Шевчук, каков род Вашей деятельности в настоящее время? Интересуетесь ли Вы жизнью Приднестровья, и где черпаете о ней информацию, при условии, что в приднестровских СМИ она довольно скудная?

Я занимаюсь предпринимательской деятельностью. Приднестровье – моя Родина, и мне очень важно всё, что там происходит с земляками и сторонниками. Люди стали задумываться, осознавать необходимость социально- политических выводов. Сторонники и очевидцы делятся информацией.

– Прокомментируйте, пожалуйста, по возможности, выступление нынешнего лидера Приднестровья на расширенной коллегии внешнеполитического ведомства.

– Все, так называемые избранные власти Приднестровья, впервые в его истории в абсолютной своей массе – назначенцы, и не имеют прямой взаимосвязи с источником власти – народом, не зависят от избирателя. Они зависят от тех, кто их «назначил», оплатив выборы. И в этом случае остаются за пределами компетенций должностей, которые занимают. Самостоятельно они никогда не проходили профессиональную или политическую селекцию, а были утверждены по принципу личной преданности. Поэтому, комментировать монолог лица, не принимающего самостоятельные решения, и по факту выполняющего чужую волю, передавшего свои легитимные полномочия неофициальному автократу, осуществляющему безграничный контроль власти, не вижу смысла.

– У Вас есть реальные предложения по решению социально-экономических проблем в Приднестровье, особенно сейчас, в коронакризисный период?

– То, что на поверхности, тезисно: демонополизация экономики, политических процессов, реформирование судебной власти, формирование конкурентной среды для СМИ, бизнеса. В данной ситуации необходимы налоговые каникулы для пострадавших малого и среднего бизнеса, переход на прямое их финансирование – для повышения занятости. Важно освободить от налогообложения подоходным и социальными налогами доходы физических лиц, не превышающие два «мрота» на каждого члена семьи. Источники для этого есть – «газоэлектровыручка», которая неизвестно куда идет, таможенные сборы, акцизные сборы и активы «Шерифа». Эти проблемы, на мой взгляд, не решаются, потому что у неофициального «шефа» всех руководителей органов власти в Приднестровье иные задачи, не связанные с благополучием граждан.

– Как Вы оцениваете ситуацию в РМ и Приднестровье, с учетом того, что 2020-й – год кампаний по выборам президента РМ и депутатов Приднестровья? Будут, на Ваш взгляд, существенные изменения?

– Такой турбулентности и непредсказуемости в политической истории ещё не было ни в Молдове, ни в Приднестровье. Наслоение различных кризисных факторов подводит к точке бифуркации. Во многом внутренняя ситуация на обоих берегах, а также результаты выборов, зависят от внешней поддержки тех или иных политических сил и объема финансирования предвыборных кампаний. Чем слабее государство экономически и разобщённее в нём политические силы, тем больше соблазнов выиграть выборы не за счет привлекательности программ и качеств кандидатов, а за счет ресурсов внешних сил и вбрасывания значительных финансов. Всеобщее неверие «многообещающим» властям сделало хрупкими политические конструкции самих систем. Кроме того, полагаю, у внешних партнеров разнонаправленных политических сил в РМ сегодня есть реальная возможность достичь политической победы, «утерев нос» конкурентам, и, судя по ситуации, конкуренты московских «товарищей» имеют больше шансов. Оставить Москву за бортом, с ее планами по Кишиневу, а затем и по Приднестровью – эта задача, на мой взгляд, в нынешней обстановке решаема и придает внешние стимулы внутриполитической борьбе в самой Молдове.

Она, с этой точки зрения, в сравнении с Приднестровьем, выглядит более демократичной: там присутствует политический процесс, есть конкурентные СМИ и механизмы международного контроля.  В этом – очевидные конкурентные преимущества самой Молдовы и с точки зрения жителей левобережья. Приднестровье вернулось в прошлое и, очевидно, что сегодня построена система с идеологией олигархической диктатуры, а реального политического процесса, развиваемого властями и оппозицией, нет, есть имитация.

– Молдова была в такой же ситуации, сделав прошлым летом попытку избавиться от подобной диктатуры, но, похоже, она оказалась лишь номинальной. То есть, с удалением главного фигуранта, слома самой системы не произошло. Почему проекция этой ситуации на Приднестровье, по-Вашему, вдруг станет успешной?

Люди в Приднестровье попали в ситуацию, когда они лишены права на свободу слова, свободу экономического и политического выбора, а право на жизнь находится под риском угроз от тех, кто «управляет» властью.

Народ зажат между обстоятельствами крайностей выбора. И, думаю, когда он увидит, что олигархи Тирасполя лишены поддержки официального Кишинева, последует обрушение олигархической системы.

Наступит время после очередных или внеочередных выборов, и станут известны подтвержденные судом факты: кто реально правил Приднестровьем, как принимались политические и экономические решения, как фальсифицировались выборы, по чьей указке и с чьего ведома были устранены десятки людей. Предполагаю, что это может вызвать у народа шок и отторжение представителей этой «системы», а заодно и всех институтов власти. Считаю, что вторая половина 2020 года может принести смену не только политических лидеров, но и смену политических режимов в РМ, а затем в Приднестровье.

– В Молдове процесс уже пошел, центр политической тяжести сместился к оппозиции. Какая в этом связь с Приднестровьем?

– Взаимодействие сформировавшихся систем правления официального Кишинева и неофициального Тирасполя просматриваются не только на уровне управленческой сферы. Думаю, что опыт новейшей истории РМ – приход и уход политических сил – показал внешним партнерам, что надо перестать взаимодействовать с группировками, применяющими мафиозную идеологию. На мой взгляд, это один из основных факторов дестабилизации систем управления и в Молдове, и в Приднестровье. Наличие олигархических группировок, «прикупающих» депутатов и властные институты, всегда приводило к деградации самих властных институтов на обоих берегах. Здесь болезни РМ и Приднестровья очень схожи. Настало время «отделить мух от котлет». Поэтому, перемены начнутся и, как мы видим, с Кишинева.

Внешний фактор, полагаю, будет преобладающим. Сейчас накопилась усталость от многочисленных грантов помощи, которые не привели органы власти к системным переменам в управлении, к качеству функционирования судебной и правоохранительной систем и, главное, к повышению уровня жизни граждан. Изменения в Кишиневе выведут в центр внимания задачи развития, повышения стабильности политической конструкции, без чего требуемые экономике средства никто не даст. А без очищения от «вирусной» олигархической системы, правящей в Тирасполе, эти задачи, уверен, невозможно успешно разрешить и в Кишиневе. По моему мнению, это уже понимают и внешние партнеры, и те силы в Молдове, что готовятся на смену существующей системе.

То есть, геополитический фактор сейчас является лишь исторической ширмой?

– Причина конфликта – последствия развала СССР. Сейчас противоречия находятся в иной плоскости. Мы же были свидетелями, как неофициальные «правители» в Кишиневе и Тирасполе в 2017 году вели «успешные» переговоры, достигая соглашений за рамками властных институтов. Мы же понимаем и о «договоренностях» за рамками официальной части, и нас не удивляло, на основании чего официальные власти реализовывали договоренности неофициальных «управляющих».

–  Как влияют на переговорный процесс личные отношения лидеров странучастниц? Сегодня это Додон и Красносельский.

– Политика базируется на личных отношениях лидеров во многих случаях. Приднестровье и РМ здесь не исключение!

– Глава Миссии ОБСЕ в Молдове Клаус Нойкирх подчеркнул влияние ограничений свободы передвижения, введенных Тирасполем в связи с пандемией, в том числе – в Зоне Безопасности, и заявил о необходимости пересмотра такого подхода. На Ваш взгляд, как предпринятая властями система мер и набирающий обороты экономический кризис скажутся на предстоящих Приднестровью выборах?

– Я не считаю, что жесткие ограничения между Приднестровьем и Республикой Молдова обусловлены необходимостью карантинных противоэпидемических мероприятий. Особенно это заметно при оказании медицинской и экспертной помощи Тирасполю из Кишинева. Народ не понимает, почему приближенные к олигархической власти свободно «летают» через разделительные посты сами и с сомнительными «грузами».  Почему Кишинев делится помощью и делает анализы бесплатно, а граница плотно закрыта? Поэтому, предпринятые меры и подняли напряжение в обществе, считаю, тем самым, дискредитировали власти. Внутреннее сопротивление им растет, и теперь главное для них – сделать так, чтобы люди не собирались вместе. Так что, «вирус», полагаю, продолжат использовать для политических и административных ограничений.

– Господин Шевчук, Вы руководили Приднестровьем пять лет, но и Вам не удалось провести серьезные политические реформы. Эти годы дали возможность проанализировать свои действия, Вы поняли, в чём была ошибка?

– Назову ряд основных причин. Первая: была попытка прошлое оставить в прошлом, идти вперед, строить новое. Я рассчитывал на эволюционное преобразование без срыва «стоп крана». Лицам прошлой системы, как и большинству их приближенных, обеспечили безопасность, но не прошло.

Вторая причина – отсутствие достоверной информации о глубине взаимных интересов, наработанных с влиятельными кругами и спецслужбами в Кишиневе, Киеве, Москве, а также то, что основные и «серые» финансы этой «системы» Приднестровья находятся в Европе.

– Вы утверждаете, что «серый» бизнес Приднестровья использует европейские площадки? 

– Да. Это и собственность юридических лиц, и частная собственность представителей «системы», оформленная на подставных лиц в разных странах ЕС. Чего стоит известный пример из СМИ о проводках ряда компаний, в том числе, Business Market SRL, которой с 2008 года владел кипрский офшор Chanderia Investments LTD, офшоры «теневых операторов» –  Morganton Investments LTD и Minos Marketing LTD.

Кроме того, более современные схемы активизированы после 2016 года и продолжают работать через Кишинев и соседние области Украины. Вероятно, эта информация применяется спецслужбами для оперативных контактов с реальными собственниками. А предметом торга, полагаю, является режим сохранения в Приднестровье олигархов и теневых денег.

– Вы можете назвать имена и факты из этой цепочки, касающиеся ЕС и РМ?

Названные компании часть фактов. Через них прошло около 200 миллионов наличных долларов «олигархических серых денег» из Приднестровья, и они «испарились», минуя таможни, но появились в офшорах Британской юрисдикции. Такие суммы без банковской системы Кишинева и политического «сопровождения» вывезти невозможно.

Кроме того, факты говорят о том, что более 30 обращений граждан РМ из Приднестровья в правоохранительные органы Молдовы о случаях политически мотивированных преступлений в отношении них как в Приднестровье, так и на территории РМ, остались без правовой оценки. Чего стоят истории похищений граждан Молдовы под Кишиневом и их силовая доставка в Приднестровье! Интересы неофициального Тирасполя просматривались в этих преступлениях. Просматриваются они и в том, что до сих пор эти преступления не расследованы правоохранительными органами РМ и не доведены до суда. Если бы один такой случай, но это – уже система, показатель цепочки, которая может функционировать только при политической поддержке.

Дополнительная информация ждёт своего часа для выхода в свет.

– В СМИ были публикации о том, что после сложения Вами полномочий, суд Приднестровья «заочно вынес Евгению Шевчуку обвинительный приговор». И как Вы прокомментируете вменённый Вам вывод из Приднестровья гигантских финансовых средств?

Для того, чтобы вменить вывод средств, тем более «гигантских», необходимы документы, подписи, место размещения выведенных средств, факты, которых даже в «секретном уголовном» деле нет! Вы где-то видели эти документы из уголовных дел? Нет. Их нет в природе.

Про «гигантские выведенные средства» – история «заказной» кампании в СМИ, которая была оплачена, организована, полагаю, для решения двух задач: «сжечь мосты» для моего возвращения в Приднестровье и потешить самолюбие Гушана, в любимом им стиле Дона Корлеоне.

Все банально. Были инспирированы доносы, затем подтасованы документы, сфальсифицированы материалы. Липовые доказательства, считаю, сфабрикованы на доносах личной «агентуры» Мовы, Гушана и целенаправленно запуганных граждан. Схема проста: напишите то, что скажут, иначе посадим самих. Поэтому, СМИ годами пиарили и будут пиарить откровенную клевету за «плату», пока не произойдут политические перемены в самом Приднестровье и не «зачистят» некоторых партнеров «серого капитала» из Тирасполя в Кишиневе и Москве.

– В определенной степени в Вашу пользу говорит тот факт, что официальный Тирасполь засекретил решение суда в отношении Вас. Но это может быть связано и с тем, что от Евгения Шевчука тянулись нежелательные для гласности ниточки к другим фигурантам.

– Уголовное дело и решение суда засекречено, потому что это преступление. Ничего общего с правом возбужденные уголовные дела не имеют, что подтверждено судебными экспертизами, экспертами Москвы и Санкт-Петербурга, аккредитованными Министерством юстиции РФ. Причем, напомню, российские эксперты за достоверность своих выводов несут уголовную ответственность по законодательству РФ.

Напомню, суду предложили мое участие в режиме видеосвязи, но судебные органы Приднестровья отказались. Предполагаю, намеренно, в целях избежать публичности факта инспирированного уголовного преследования. Поэтому, все участники «липовых» уголовных дел – от заказчиков, организаторов, исполнителей, тех, кто намеренно по команде судил, оговорил, писал доносы – согласно нормам УК, совершили тяжкое преступление.

– В чем же причины такого яростного отношения к Вам действующих властей? 

– Во-первых, с 2012 года для компании «Шериф» был отменен статус специмпортера и применены единые правила налогообложения. Это привело к 25% росту количества предприятий, занимающихся ВЭД,  началась реальная конкуренция. У олигархов в 7,5 раз выросли таможенные платежи. «Шериф» за период моей каденции оплатил налоговых и энергетических платежей больше почти на 100 миллионов долларов, в сравнении с периодом 2006-2011 годов.

Во-вторых, такое отношение спровоцировала попытка разобраться с нераскрытыми убийствами в Приднестровье после войны 1992 года. По официальным данным, почти 600 убийств произошло в период 1993 -2011 годов. Из них около ста – заказные, около 60 – имеют экономическую подоплеку, в том числе, из-за конкуренции в криминальной среде. Свидетели, по оперативным данным, связали до 25 заказных убийств с возможной заинтересованностью «Шерифа».

Мы публикуем материалы без купюр, при условии, что они объективны, конструктивны и не носят оскорбительный характер. При приведении информации о неправомочных действиях лиц на территории Приднестровья, необходимо документальное их подтверждение. У Вас есть доказательства, и Вы готовы предъявить их здесь и сейчас?

Проверочные материалы были собраны правоохранительными органами Приднестровья, кроме того, часть их размещена в интернете, где есть и свидетельские показания. Ряд свидетельских показаний подтвержден  нотариально людьми, находящимися на свободе и не в Приднестровье.

В то время, напомню, за организацию раскрытия заказных убийств в Приднестровье отвечали руководители правоохранительных органов  Мова, Гурецкий, Красносельский. Примечательно, что потом они «всплыли» в органах власти снова, как члены единой команды, которым по должности положено было знать о серийных заказных убийствах целых групп граждан.

Отмечу, что подконтрольные Гушану депутаты Верховного Совета в 2014-2015 годах в прямом голосовании дважды препятствовали правоохранительным органам в раскрытии ряда заказных убийств.

Как именно препятствовали?

Прямым голосованием по конкретному законопроекту, открывающему дорогу к расследованию заказных убийств.

Господин Шевчук, получается, что Ваши предшественник и последователь попали под жесткое влияние империи «Шериф», а Вам удалось этого избежать. Каким образом? Вы владеете специфической информацией о Гушане, он вас опасался и опасается сейчас?

– Что касается влияния Гушана, то напомню: чтобы не выполнять его указания, в 2009 году я сложил полномочия Председателя Верховного Совета Приднестровья, сделав публичное заявление и дав оценку организаторам «олигархической монополистической» системы. Затем самостоятельно, при ощутимом противодействии, выиграл выборы и стал третий раз депутатом Верховного Совета, а потом и Президентом. Они тогда просто не верили, что без их участия и их денег, без их СМИ, мне удалось выиграть выборы. Думаю, если бы я не обладал определенной информацией, эта «олигархическая команда», во главе с Гушаном, не пыталась бы меня упрятать в тюрьму.

– Евгений, давайте перейдем к современному экономическому состоянию Приднестровья.

Оно таково: политические свободы аннулировали, благосостояние граждан уничтожают. Никакого доверия между народом и властью не существует. После выборов экономические, бюджетные процессы стали менее прозрачны, власть начала «прятать» результаты своей деятельности – энергетические, таможенные, бюджетные, по льготам и другие.

После выборов 2016 года узаконено снижение налогов предприятиям олигархической системы, олигархи установили для себя собственные цены на энергоносители. Неформально статус специмпортера реализован решениями ставленников олигарха в органах власти. Монополия накрыла все основные сферы Приднестровья.

В 2019 году бюджет Приднестровья по доходам, в сравнении с сопоставимым 2014-м, составил около 60%. Доходы таможни в 2019-м – примерно на 45% ниже поступлений уровня 2014 года. Для сравнения: за период 2011-2016 годов доходы бюджета в долларах, в среднем, росли более, чем на 5% в год, и выросли за пять лет приблизительно на 400 миллионов долларов при стабильном курсе рубля. Теперь видно, что олигархическая система за период своего безграничного всевластия 2017-2020 годов не может догнать предыдущие показатели. Совокупные инвестиции в здравоохранение, например, за 2017-2020 годы, в сравнении с предыдущим периодом уже упали почти в 11 раз, в образование почти в 10 раз. Есть обоснованные сомнения в том, что в этом либо следующем году данные показатели вырастут.

Для Приднестровья доходы населения в долларах важны, так как около 80% продовольственных товаров, не говоря уже о промышленных импорт. А девальвация рубля за 2017-2020 годы составила около 42%. Уровень доходов населения в долларах за последние почти четыре года, с учетом резкого роста цен, пал в среднем на 50%.

Более того, для находящейся под контролем «олигархов» торговли снижена налоговая нагрузка примерно на 12 миллионов долларов в год. Это меньше, чем они платили до смены власти. Поступления в бюджет от газо- и электро- деятельности в 2018 году уменьшились примерно на 46 миллионов долларов (около 30% к доходам бюджета). Это – показатели, даже без учета доходов и более значительных цифр по сигаретам, спирту и подакцизным товарам, выводу «серых средств».

Зато количество запросов Приднестровья в РФ на экономическую помощь, насколько мне известно, увеличилось, хотя олигархический ставленник в 2016 году обещал ежегодный рост доходов населения в 7%. По факту же резкое его падение, а также покупательной способности и поступлений в бюджет.

– Сейчас практически все страны мира в тяжелой ситуации из-за пандемии.

Я это понимаю и учитываю. Но общественные финансы гораздо раньше перетекли в корпоративную зону, контролируемую теми, кто дергает за «ниточки», реально управляя приднестровскими властями. Таким образом, в результате действия современной модели экономической политики, в народе шутят: «платим налог на граждан для содержания монополии «Шериф». Ведь делать взносы надо и тем, кто «покрывает» в Москве, и кто поддерживал на выборах в 2016 году, и тем, кто в Москве и Кишиневе сейчас поддерживает бесчинства в Приднестровье в отношении граждан РФ и РМ.

– Если Вы заявляете об этих фактах вслух, назовите, пожалуйста, тех, кто покрывает и поддерживает. В противном случае, вряд ли наступят позитивные перемены, за которые Вы ратуете.

Например, если в различные структуры РФ поступает около 300 обращений российских граждан о преступлениях и злоупотреблениях в Приднестровье, а за этим не следует никакой правовой реакции, какие выводы могут быть?

– Халатность.

В соответствии со ст.61 Конституции РФ, официальные лица обязаны оказывать правовое содействие гражданам России и защищать их неотъемлемые права от противоправных посягательств, в том числе, за рубежом. Тогда как понимать, что граждане РФ стали системно получать от Консульства РФ в РМ ответы примерно такого содержания: мы в дела суверенной РМ о расследовании уголовных дел в Приднестровье не вмешиваемся. Что это может означать? На мой взгляд, это некий показатель системной поддержки существующего режима в Тирасполе, и полагаю, что такие решения дипломаты самостоятельно не принимают. Любому нормальному человеку, гражданину РФ в Приднестровье, несправедливость очевидна. Многие граждане России сейчас чувствуют себя заложниками олигархической системы, они отданы на откуп из-за нейтрализации правового отношения к их базовым правам в Приднестровье.

Более того, наблюдается реальный отход от существующего ранее статуса некого арбитра, в лице должностных лиц РФ, в ситуациях правовых споров российских граждан с  властью Приднестровья.

– Они тоже участники системы?

Думаю, что неприкосновенность и вседозволенность олигархической диктатуре достается не безвозмездно. Полагаю, конкретные чиновники могут иметь собственные материальные интересы, расходящиеся с интересами государства, которое они представляют и могут действовать вопреки правовой логике. Как говорится, «фирма финансирует – дела шьют, крыша функционирует». Очевидно, что у олигархической системы циничные цели, и она использует циничных партнеров.

– Кто же исполнители «заказов» по уголовным преследованиям, включая Ваше?

– Эти люди, как я понимаю, результат негативной кадровой селекции, пробравшиеся во власть на средства олигархов без понимания задач общественного развития, не обладающие, зачастую, необходимыми для управления знаниями. Они считают допустимым бороться с оппонентами моими политическими сторонниками, родителями-пенсионерами, родственниками, отбирать у них свободу, имущество, изгонять из Приднестровья. Уверен, что к смерти моего отца олигархи тоже приложили руку. Полагаю, основной заказчик – Гушан. К числу организаторов, исполнителей, соучастников и идейных «вдохновителей» могу отнести Шкильнюка, Мову, Гурецкого, Рымаря, Шеметюка, Капинус, Константинова, Брынзаря, Антюфееву, Василатия, Кирову, Карамануцу, доносчика – Пагу, и еще небольшое число мелких исполнителей.

– Какие сейчас настроения в Приднестровье, по Вашей информации?

– Впервые за всю историю наблюдается тенденция падения внешнего интереса к приднестровскому вопросу, что «поощряет» власти творить беззаконие внутри. Но раздражение их действиями перерастает у населения в гнев. Приднестровье в системном кризисе и катится в пропасть неопределенности. Даже при желании трудно дать позитивную оценку результатам действующего управления. Существующая в Тирасполе система не имеет ничего общего с решением задач по развитию экономики, социальной инфраструктуры, формированию социальных лифтов для молодежи. Убита карьерная мотивация у молодых специалистов во всех учреждениях. Усилиями власти и монополистом намеренно уничтожена платформа для развития духа предпринимательства в бизнесе. Средний класс умышленно вырублен под корень, так как он основа деятельного протеста.

– В Кишиневе – та же картина.

Потому в Молдове и начались подвижки. В Приднестровье большая часть народа уже тоже всё понимает. И сама власть. Думаю, поэтому на «аппарат подавления недовольства» выделяется все больше средств – гораздо больше, чем на жизненно необходимую медицину.

Любое выступление назначенного капиталом руководства у думающего большинства вызывает «аллергию», растет количество людей, готовых протестовать. Приднестровье охватило запустение, последние данные подтверждают губительные тенденции – там умирает почти в два раза больше людей, чем рождается. Более того, запущенные политические репрессии и преследование людей за убеждения стали дополнительной причиной, побуждающей их к отъезду, к повышению привлекательности для них западных стандартов личной безопасности, правосудия, экономической свободы. Это ускорило исход из региона квалифицированных кадров и молодежи. Приднестровье стремительно деградирует, и ряды понимающих это ширятся. Люди осознают: для того, чтобы изменить действующую экономическую модель – фундамент олигархической власти, необходим демонтаж существующей политической системы. А смена экономической модели без смены фактического «управляющего» властными органами и должностными лицами в Приднестровье, полагаю, невозможна. Но считаю, что «стог готов», остается поднести «спичку».

– Кто виноват, Вы уже определили, что делать – довольно расплывчато. К чему Вы призываете и кого? Оппозицию? А есть ли она в Приднестровье, в отличие от Молдовы? Ваших сторонников? А существуют ли они?

– Система в целом заточена на отсутствие конкуренции в политике. Поэтому, все, кто не из системы – «уничтожаются». Это очевидная тоталитарная диктатура. Все помнят, где находились и находятся оппозиционеры: Хоржан, Беловы, Круглова и другие в тюрьмах. Причем,  понятно, это – противоправно. Не ясно только, почему судьба граждан РМ, находящихся в приднестровских тюрьмах по политическим мотивам, сегодня не волнует официальный Кишинев.

– В соцсетях встречаются негативные материалы о событиях внутри Приднестровья, но местные СМИ ничего о них не пишут.

Независимых СМИ в Приднестровье нет. Отсутствие четкой внешней реакции только потакает вседозволенности феодальной абсолютистской монархии. Политическая, экономическая и информационная конкуренция – это не о современном Приднестровье. Олигархическая диктатура монополизировала все сферы жизни и подавляет людей иных убеждений. Главная задача системы в Приднестровье – контролировать все денежные потоки и оставаться у власти максимально долго.

Что обсуждают СМИ Приднестровья? – Все, но только не экономические и социальные проблемы. Принятые в экономике меры неадекватны угрозе растущей бедности и даже нищеты. Люди живут в условиях ущемлений и отсутствия свободы слова. Однако у местных олигархов и их ставленников монархические замашки, вкупе со страстью к «царским балам». Они не демонстрируют пример самоограничений, как Николай II, отдавший в годы Первой мировой войны свои резиденции под госпитали, как члены его семьи, идущие в сестры милосердия и санитары.

Но коронавирус, точнее, экономический кризис, следующий за ним, способен поменять политическую картину. В условиях мобилизационного потребления, люди сокращают использование товаров и услуг, и появляется реальный шанс обеспечить мобилизацию населения для гражданских протестов против неограниченной ничем власти монополиста и его свиты. Все большему количеству людей нечего терять, впереди – нищета и безработица.

– Как может развиваться ситуация, с учетом ближайших выборов?

– Сейчас политика в Приднестровье решает иные задачи. Приоритет – вывод денег. Полагаю, что при нынешней олигархической системе любые выборы фальсифицируют. Есть запрос на иные возможности. Подчеркну, «олигархическое» правление будет учитывать интересы только тех, кто может угрожать сохранению власти. Организованное, мирное и массовое гражданское давление, на мой взгляд, эффективный инструмент и единственный путь, который может привести к позитивным переменам.

– Какими вы видите Приднестровье и Молдову лет через пять?

– Структурами, между которыми не будет никаких границ ни для людей, ни для товаров, ни для капиталов, преодолевшими противоречия современной истории, нацеленными на формирование среды развития, а не сферу геополитической, националистической и языковой демагогии. Маленькие и замкнутые экономические системы в современном мире не выживут. Уверен, что иного пути нет. Так и будет, вероятно, даже быстрее, чем через пять лет.

– В этом случае, какую форму примет сотрудничество новой структуры с  РФ, ЕС и США?

Надеюсь, форму взаимовыгодного сотрудничества. Изобретать, считаю, ничего не надо. Для того, чтобы сгладить десятилетние противоречия и вовлечь большое количество людей в процесс созидания, восстановления Приднестровья, как сферы обитания граждан, потребуется политическая воля действовать только сообразно тому, что может объединять. Потребуются компромиссы со всеми соседями и указанными игроками. И в этом я вижу огромный шанс для Кишинева и Тирасполя.

– На основе приобретенного опыта, как бы изменили внутреннюю политику Приднестровья?

Для того, чтобы изменить внутреннюю политику, открыть дорогу перспективам развития, как я уже сказал, необходимо

сменить монополистическую модель Приднестровья, которая сегодня является базисом олигархической надстройки, приватизировавшей властные институты. Нужно реформировать систему организации органов власти порядок избрания, формирования и взаимодействия, сменить модели правоохранительной и судебной систем.

– Похоже, Вы хотите вернуться в Приднестровье?

– Да.

– Но «Шериф» на месте, нынешние власти не планируют отступление от позиций, ряды Ваших соратников за годы поредели, на кого и на что Вы рассчитываете?

Думаю, моих сторонников после 2016 года становится все больше. Самым главным ресурсом сейчас являются люди, осознавшие бесперспективность ныне действующей системы управления. Надеюсь, в этом году реализацию пожеланий народа мы сможем увидеть.

Спасибо Вам, Ольга, за интерес к Приднестровью и заслуживающие серьезного внимания вопросы.

Я хочу поддержать народ в эту непростую пору и сказать ему: время перемен наступает!

 

Интервью вела

Ольга Березовская

Специально для kommersantinfo.com

 

 

 

Метки:

Смотри также: