Стратегия без иллюзий
.
Публикация новой Стратегии национальной обороны США стала не столько программным документом, сколько фиксацией свершившегося факта: эпоха американской универсальности завершена. Вашингтон больше не пытается управлять всем миром одновременно — он выбирает, где будет действовать напрямую, а где ограничится контролем, поддержкой и передачей ответственности союзникам.
Центральным адресатом стратегии обозначен Китай. Именно Пекин рассматривается как главный системный соперник Соединённых Штатов — не в логике регионального противостояния, а как долгосрочный конкурент, способный бросить вызов американскому влиянию в экономике, технологиях и военной сфере. Отсюда и ключевой приоритет документа: сдерживание Китая и защита собственной территории США. Всё остальное подчинено этой задаче и выстроено вокруг неё.
На этом фоне Россия занимает иное, принципиально вторичное место. В стратегии она зафиксирована как постоянная угроза, требующая долгосрочного сдерживания и контроля рисков — прежде всего для восточных членов НАТО. Формулировка предельно холодна и лишена идеологического пафоса: Москва не рассматривается как экзистенциальный враг США, но и не воспринимается как временная проблема. Одновременно Пентагон признаёт очевидное — Россия сохраняет значительные военные и промышленные резервы и демонстрирует готовность вести затяжные военные действия у собственных границ. Это означает отказ от прежних иллюзий о скором стратегическом истощении и переход к расчётливой, долгосрочной модели сдерживания.
Именно здесь начинается принципиальный разворот в сторону Европы. В документе прямо подчёркивается: совокупная мощь стран НАТО существенно превосходит возможности России. Разрыв акцентирован демонстративно — общий экономический потенциал государств Европы кратно превосходит возможности России. Из этого делается вывод, не оставляющий пространства для интерпретаций: оборона Европы — это ответственность самой Европы. США сохраняют ключевую роль в НАТО, но корректируют дислокацию и применение своих сил, ограничиваясь критически важной поддержкой и стратегическим управлением рисками. Речь идёт не о снижении американского влияния, а о перераспределении нагрузки без дипломатических эвфемизмов.
В этом же контексте рассматривается и Украина. Стратегия фиксирует, что ведущая роль в её обороне должна принадлежать европейским союзникам. Для Вашингтона это больше не центральный фронт, а тест на способность Европы действовать как самостоятельный субъект безопасности, а не как политическое приложение к США. Фактически украинский вопрос превращается в экзамен на зрелость ЕС — военную, институциональную и политическую.
Одновременно стратегия возвращает в повестку классическую геополитику. Гренландия, Панамский канал и Арктика названы ключевыми стратегическими узлами интересов США. Это сигнал о концентрации на контроле логистики, коммуникаций и будущих маршрутов мировой экономики. Особое внимание к Арктике отражает понимание того, что именно там в ближайшие десятилетия пересекутся интересы США, России и Китая — без громких деклараций, но с жёстким расчётом.
Иранский фактор в документе описан с той же холодной прямотой. Тегеран продолжает наращивать потенциал, может вновь стремиться к обладанию ядерным оружием и остаётся источником угрозы для США, Израиля и региональной стабильности. Это направление не выводится на первый план, но фиксируется как зона постоянного риска, требующая управляемого сдерживания без иллюзий и эмоциональных реакций.
В совокупности стратегия национальной обороны США оформляет новую архитектуру мировой ответственности. Америка не уходит из глобальной игры, но отказывается быть её единственным гарантом. Союзникам предлагается не риторика солидарности, а прямой расчёт: возможности есть — значит, ответственность тоже. Для одних это выглядит как ослабление лидерства США, для других — как переход к более честной и жёсткой модели международных отношений. Но в любом случае мир входит в фазу, где субъектность больше не декларируется — её придётся подтверждать действиями.
Главный посыл этого документа, на наш взгляд, звучит так: новая стратегия США важна не тем, что в ней сказано, а тем, что в ней больше не обещано. Это документ мира, в котором универсальных гарантов не осталось — и каждый игрок отныне будет отвечать только за себя.
Хотите больше? В нашем Telegram-канале — темы под грифом «не для всех»: нестандартные ракурсы, дополнительные материалы и аналитика без купюр.
Ваша добровольная поддержка проектов KI очень важна!
