Куда ведут Казахстан реформы Токаева. Нужен ли этот опыт Молдове?

kommersantinfo.com 28.07.2026

В Казахстане 1 июля вступила в силу новая конституция, что, по словам президента Касым-Жомарта Токаева, стало символом начала «новой эры в истории» страны. Формальных признаков этого предостаточно: теперь в Казахстане есть и новый однопалатный парламент с новым названием — Құрылтай, и новая партия власти «Әділет» («Справедливость»).

Однако ощущение новизны уже сильно девальвировалось. Бесконечные обновления стали любимым политтехнологическим приемом администрации президента. Но при всех переменах «Новый Казахстан» — «Жаңа Қазақстан», как называется концепция развития страны — все равно стоит на старом фундаменте. Очередное доказательство этого — недавний вердикт Конституционного суда, дающий Токаеву возможность обнулить свои президентские сроки и баллотироваться еще раз в 2029 году. Президент понимает, что эксперименты с преемником или другими сценариями передачи власти могут плохо кончиться, а потому оставляет открытыми все варианты.

Жаңа Қазақстан 3.0

Обнуление президентских сроков Токаева, которое 7 июля утвердил Конституционный суд, кажется главным событием политической жизни Казахстана последних месяцев. Но с самого начала это был вполне ожидаемый сценарий, любимый автократами по всему миру. Пускай раньше Токаев говорил, что не собирается оставаться у власти после 2029 года, — данные в интервью обещания не имеют юридически обязывающей силы.

Обнулению предшествовал ряд важных изменений, цель которых — окончательно перестроить политическую систему Казахстана под Токаева. Во-первых, в стране приняли новую конституцию. Президент, по его собственным словам, лично — лояльные источники обычно добавляют слово «скрупулезно» — редактировал финальную версию.

Во-вторых, состоялась парламентская реформа: Сенат распущен, а 23 августа пройдут выборы в новый однопалатный Құрылтай.

В-третьих, перестроена партийная система. В мае состоялся учредительный съезд новой партии власти «Әділет», которую возглавил бывший руководитель администрации президента Айбек Дадебай. Уже через месяц старая правящая партия «Аманат» («Завет предков»), насчитывающая примерно 800 тысяч членов и наследующая назарбаевской «Нур Отан» («Свет Отечества»), самораспустилась и влилась в состав «Әділет». Новая политическая сила с гордостью объявила, что уже получила более 785 тысяч заявок на вступление. Задумка властей понятна: они хотят полностью избавиться от назарбаевского прошлого правящей партии.

После августовских парламентских выборов Токаеву останется добавить лишь финальные штрихи: пересобрать правительство и назначить вице-президента — эта должность вернулась в казахскую политику после долгого отсутствия. Вдобавок он может прояснить ситуацию с обнулением своих сроков — например, объявить внеочередные президентские выборы.

Таким образом, к концу 2026 года Токаев окончательно переформатирует политическую систему под себя. При этом по существу изменится немногое. Переписывание конституции не изменило главного: президент в Казахстане по-прежнему контролирует все ветви власти, а его полномочия практически безграничны. Парламент остается под президентским контролем, печатая лишь нужные законы, а новая партия власти просто поглотила старую вместе с большинством ее администраторов.

Это уже вторая перезагрузка режима при Токаеве. Она понадобилась ему, чтобы отделаться от ощущения временности конструкции, возведенной им в ответ на антиназарбаевские протесты января 2022 года. Тогда перемены проводились в спешке и сводились в основном к «деназарбаевизации» власти.

Токаев взял на себя руководство Советом безопасности, вынудив Нурсултана Назарбаева окончательно уйти на пенсию. Из конституции исчезли все упоминания титула елбасы — «лидера нации», который носил первый президент. Столица из Нур-Султана вновь превратилась в Астану. А правящая партия «Нур Отан» провела ребрендинг. Одновременно президентский срок ограничили одним семилетним мандатом без права переизбрания, а родственникам главы государства запретили занимать высокие должности во власти.

В 2022-м Токаеву было нужно срочно предложить обществу новый образ власти. Спустя четыре года он предлагает уже другую конструкцию — не временную заплатку после кризиса, а модель, рассчитанную на долгий срок. Токаев цементирует себя в новой политической конструкции, стараясь убедить, что нынешние правила игры устанавливаются надолго.

Шал, кет

Внешне в политической системе Казахстана не осталось следа от Нурсултана Назарбаева. Однако полностью стереть его наследие невозможно: в сердце режима по-прежнему находится ставленник Назарбаева. При этом Токаев справился со своей задачей даже лучше, чем первый президент мог себе представить в 2019 году, когда покидал свой пост.

Главным лозунгом протестов января 2022-го в Казахстане была фраза «Шал, кет» — «Старик, убирайся». Токаев воспользовался энергией улицы и действительно избавился от всех стариков во власти. Но в результате он сам занял место самого старого человека системы. Его положение «нового» президента после Назарбаева как бы омолаживает, но вообще-то Токаев — ровесник Владимира Путина, ему тоже 73 года. На этом фоне казахстанская элита выглядит сравнительно молодой: средний возраст членов Совета безопасности составляет 55 лет против 64 в России и 57 в соседнем Узбекистане.

После 2022 года ровесников Токаева на вершине власти практически не осталось. 86-летний Назарбаев лишился статуса елбасы, всех пожизненных привилегий и политического иммунитета. Он остается в Казахстане, но живет в режиме «не беспокоить»: лишь изредка выходит на люди, когда нужно появиться на избирательном участке, выпустить очередные мемуары или, скажем, открыть новую мечеть.

В тень также ушли родственники и приближенные Назарбаева, при этом самых неприятных для себя сценариев им удалось избежать. Ни дочери экс-президента Дарига и Алия, ни сестра Анипа не стали фигурантами уголовных дел, хотя такая перспектива просматривалась, но практически исчезли из публичного поля.

Динара и Тимур Кулибаевы — средняя дочь Назарбаева с мужем — сохранили свой бизнес, но теперь несут дополнительную социальную нагрузку по модернизации инфраструктуры в регионах своей активности. Племянники первого президента — бизнесмен Кайрат Сатыбалды и силовик Самат Абиш — не избежали судов по разным поводам, но и для них все закончилось вполне благополучно: первый вышел по УДО, второй отделался условным сроком.

Избежал тюрьмы, вернув в госбюджет почти 150 млрд тенге — $317 млн, — и крупный бизнесмен Кайрат Боранбаев, бывший сват Дариги Назарбаевой. Политических тяжеловесов, не контролировавших финансовые потоки, — Аскара Мамина, Ахметжана Есимова, Даниала Ахметова, Имангали Тасмагамбетова — ждала тихая отставка. На этом фоне больше всех досталось бывшему всесильному главе Комитета национальной безопасности Кариму Масимову: его осудили на 18 лет за госизмену и попытку переворота, которой посчитали беспорядки января 2022 года.

В результате из всей назарбаевской когорты в строю остался лишь сам Токаев. Он стал гарантом безопасности старых элит от аппетита тех, кто недавно пришел к власти. Такая роль важна не только для внутренней стабильности, но и с точки зрения отношений с Москвой: первое поколение казахстанской элиты десятилетиями было тесно связано с Кремлем, а Назарбаев до сих пор регулярно встречается с Путиным.

То есть, чтобы построить по-настоящему постназарбаевский режим, Токаеву придется избавить систему от самого себя. А это для него слишком рискованно. За семь лет во власти президент нажил себе достаточно недоброжелателей: для одних он человек, предавший доверие Назарбаева, для других — олицетворение назарбаевского наследия и главное препятствие на их пути к полной власти.

Новые люди

Вместе с избавлением от назарбаевского наследия в Казахстане произошла смена поколений элит. До недавних пор страной правили те, кто стоял у власти еще во время развала Союза и первых дней независимости. Сейчас им на смену пришел класс молодых технократов, рожденных в 1980-х: люди без собственного политического капитала и финансовых империй.

Показательный срез этой новой элиты — политсовет новой партии власти «Әділет». Ее лидер, 46-летний Айбек Дадебай, всю карьеру прошел рядом с Токаевым — от Сената до администрации президента. В руководство также вошли архитектор идеологии «Нового Казахстана», заместитель главы администрации президента Ерлан Карин, 49 лет, глава «Казахтелекома» Багдат Мусин, 39 лет, крупный бизнесмен Андрей Лаврентьев, 47 лет.

Показательно появление в этом списке 35-летнего миллиардера Шахмурада Муталипа, который с конца 2025 года последовательно скупает крупнейшие промышленные активы страны. Неясные источники денег бизнесмена и его связи с окружением Токаева наводят журналистов-расследователей на предположения о том, что на самом деле речь идет не о самостоятельном олигархе, а об управляющем чужими капиталами.

Уже сейчас в кадровой политике «Нового Казахстана» появляются назначения, слабо вписывающиеся в первоначальные обещания обновления. Например, новая конституция запрещает близким родственникам президента занимать высокие посты во власти. Но в политсовет «Әділет» вошла бизнесвумен Дана Медеуова — племянница Токаева. Ее появление в публичном поле — первый прецедент, тестирующий границы новых правил.

За реализацию реформ тоже отвечают представители уже нового поколения управленцев: премьер-министр Олжас Бектенов, 46 лет, глава Национального банка Тимур Сулейменов, 48 лет, председатель правления АО «Самрук-Казына» Нурлан Жакупов. В свои 46 лет он возглавляет ключевой холдинг страны, курируя структурную реформу квазигосударственного сектора и вывод непрофильных активов на IPO. Все это чиновники, выросшие внутри государственной системы и обязанные карьерой нынешнему президенту.

В целом новое поколение управленцев представляет собой класс исполнителей, а не политиков. Они пришли не для того, чтобы возражать руководству страны, ограничивать власть президента и строить демократию. Их цель — создание эффективного госкапитализма по сингапурскому или китайскому образцу: системы, где все ключевые процессы автоматизированы, а рычаги управления жестко замкнуты на президентскую администрацию.

Предчувствие безысходности

Обнуление сроков Токаева еще не означает, что он обязательно будет баллотироваться еще раз в 2029 году. Конечно, это был бы самый простой способ решить проблему с транзитом власти. Но есть еще несколько сценариев, из которых Токаев будет выбирать, ориентируясь на происходящее в стране и за ее пределами.

Казахстанские политологи любят описывать Токаева как вдумчивого китаиста-стратега, который просчитывает действия на годы вперед и сознательно держит окружающих в состоянии неопределенности. Но, скорее, за этой таинственностью скрывается нерешительность.

Главный урок для Токаева — судьба Назарбаева. Его предшественник слишком рано и слишком подробно описал механизм собственного транзита и в итоге потерял контроль над процессом. Поэтому план Токаева заключается в отсутствии конкретного плана, по крайней мере публичного.

Президент может баллотироваться еще раз в 2029-м, а может и пойти на досрочные выборы уже сейчас. Может назначить преемника — видимо, для этого в конституцию вернули должность вице-президента, — а может и не назначать. Возможно, он и вовсе придумает себе на смену какой-то коллективный орган управления.

Даже если Токаев выберет самый простой вариант с обнулением, ему важно, чтобы элиты как можно дольше верили в существование альтернатив. Неопределенность позволяет сохранять инициативу.

Правда, время работает против нынешнего президента. Назарбаев неслучайно выбрал в преемники довольно пожилого человека. Токаев выглядит моложе Назарбаева, но 73 года — это слишком много для строительства полноценного персоналистского режима и претензий на роль нового елбасы.

Именно поэтому Токаев демонстративно бережно относится к наследию предшественника. После беспорядков 2022 года он мог набрать дополнительные очки на публичном разрыве с Назарбаевым, но предпочел другой путь. Родственники бывшего президента сохранили свободу. Более того, в июле 2026 года именем первого президента назвали — несмотря на возможные репутационные издержки — главную мечеть страны. Тем самым Токаев формирует негласный контракт со своим будущим преемником: именно так однажды должны будут поступить и с ним самим.

Темур Умаров