Нейтральная Молдова: почему военный парад вызывает тревогу

Более 2000 военнослужащих, свыше 100 единиц военной и специальной техники, иностранные знаменные группы в центре Кишинёва – для юбилейного парада всё это выглядит внушительно. Для части молдавского общества – тревожно. За несколько дней до 27 августа разговор о праздновании 35-летия независимости всё заметнее превращается в разговор о другом: зачем нейтральной стране сегодня масштабно демонстрировать военную силу, и как далеко Молдова готова зайти в оборонном сближении с государствами, вовлечёнными в нынешнее геополитическое противостояние.

Страх оказаться втянутыми в российско-украинскую войну для многих граждан вполне реален. Его усиливают война у границы, неурегулированный приднестровский вопрос, присутствие российских миротворческих сил и случаи появления беспилотников в молдавском воздушном пространстве. Власти объясняют происходящее необходимостью защитить страну. Люди пытаются понять, где в этой новой оборонной политике проходит граница молдавского нейтралитета. Разбираемся, что именно Молдова собирается показать 27 августа, и почему парад вызвал столь неоднозначную реакцию.

Формальный повод совершенно прозрачен. Республика Молдова отмечает 35-летие независимости, и 5 августа президент Майя Санду подписала указ о проведении военного парада. 27 августа в 16:30 через площадь Великого национального собрания пройдут более 2000 военнослужащих и сотрудников силовых структур, 150 ветеранов войны за независимость и территориальную целостность страны, а также знаменные группы восьми государств-партнёров. На площади покажут более ста единиц военной и специальной техники Национальной армии и Министерства внутренних дел.

Однако юбилейная дата объясняет сам праздник, но далеко не в полной мере – его нынешний масштаб и общественную реакцию. 24 августа председатель Партии социалистов Игорь Додон назвал парад провокацией и предложил провести праздник скромнее, в том числе из-за расходов. Входящий вместе с ним в парламентскую оппозицию Василий Тарлев поставил вопрос об участии иностранных военнослужащих в мероприятии нейтрального государства. Председатель парламента и лидер правящей партии «Действие и солидарность» Игорь Гросу ответил, что 35-летие независимости бывает один раз, и страна должна отдать дань людям, которые принимали решение о независимости. А 25 августа появился ещё один штрих, усиливший политический контекст праздника. Майя Санду пригласила на мероприятия по случаю Дня независимости президента Румынии Никушора Дана и президента Украины Владимира Зеленского. Само приглашение двух соседних президентов, один из которых возглавляет воюющую страну, неизбежно добавляет 27 августа внешнеполитическое содержание.

Военные парады по случаю юбилеев независимости Молдова проводила и раньше. В 2016 году на площади также находились более двух тысяч участников, а вместе с молдавскими военнослужащими маршировали подразделения Румынии, Великобритании, Украины, Литвы и Польши. Иностранная форма в центре Кишинёва, таким образом, уже появлялась на аналогичных мероприятиях.

Сравнивать техническую часть двух парадов, правда, нужно осторожно. В 2016 году официально сообщалось о 36 единицах военной техники и систем вооружения Национальной армии. Затем прошли ещё 22 специальные машины Министерства внутренних дел и автомобили Службы государственной охраны. Нынешние «более ста» объединяют технику Национальной армии и МВД. Простое сопоставление 36 и 100 поэтому вводило бы в заблуждение. Но даже с этой оговоркой техническая колонна нынешнего парада заметно крупнее. И это уже говорит о происходящих в стране переменах гораздо больше, чем сама юбилейная дата.

За прошедшее десятилетие молдавская армия серьёзно изменилась. Особенно быстро процесс модернизации пошёл после 2022 года, когда безопасность превратилась в одно из важнейших направлений отношений Кишинёва с Европейским союзом и отдельными западными государствами. Граждане несколько лет читали о бюджетах, поставках, международных программах помощи, новых радарах, оснащении и подготовке военнослужащих. Теперь значительную часть результатов этой модернизации им собираются показать на главной площади страны.

27 августа обновлённая армия впервые за долгое время станет столь заметной частью публичного образа государства.

Армия, изменившаяся за десять лет

Масштаб перемен хорошо виден в финансировании. На функциональную группу «Национальная оборона» в государственном бюджете на 2026 год предусмотрено 1,9376 млрд леев – на 5,9% больше уточнённых ассигнований 2025 года. Из этой суммы 803,8 млн леев относятся к капитальным расходам. Министерство финансов отдельно указывает увеличение средств на капитальные инвестиции, укрепление материально-технической базы, участие военнослужащих в международных миротворческих операциях и закупку топлива. При этом национальный бюджет показывает лишь часть происходящего.

13 июля Совет Европейского союза утвердил для Молдовы новый пакет в размере €120 млн через Европейский фонд мира. Средства предназначены для финансирования системы противовоздушной обороны средней дальности. После этого совокупная поддержка Молдовы по линии Европейского фонда мира достигла €317 млн.

За сухими бюджетными цифрами стоит вполне материальное изменение. Государство, десятилетиями содержавшее небольшую армию, во многом зависевшую от советского наследства, постепенно получает современные средства связи, наблюдения, мобильности и воздушной защиты. На генеральной репетиции власти прямо указывали, что часть представленной техники приобретена за счёт национального оборонного бюджета, часть поступила в рамках программ помощи внешних партнёров. Однако сотни миллионов, направляемые на оборону, неизбежно возвращают разговор к более бытовому вопросу: во сколько гражданам обходится сама демонстрация?

Цена демонстрации

Здесь цифры требуют аккуратности. Публичной консолидированной сметы именно военной части парада власти не представили. Поэтому встречающиеся заявления о «миллионах евро, потраченных на парад», пока невозможно подтвердить документами. В то же время существует отдельный контракт примерно на 5,95 млн леев без НДС на сцену, экраны, звук, освещение, оформление и другую техническую инфраструктуру празднования 27 августа на площади Великого национального собрания. Это расходы на организацию праздничных мероприятий в целом, и приписывать всю сумму военному параду было бы некорректно.

Но перемещение более ста единиц техники, несколько репетиций, топливо, перекрытие улиц, организация личного состава и обеспечение безопасности тоже требуют ресурсов. Какая часть этих расходов относится к обычной деятельности ведомств, а какая появилась непосредственно из-за парада, государство публично не разъяснило.

Для страны, где семьи внимательно считают собственные расходы и столь же внимательно смотрят на бюджет государства, прозрачная смета сняла бы значительную часть споров. Тем более, что деньги оказались лишь одной составляющей тревоги. Гораздо сильнее многих граждан волнует вопрос, насколько картина, увиденная на улицах Кишинёва, соответствует нейтральному статусу страны.

Где проходит граница нейтралитета

В общественной дискуссии часто звучит простая формула: нейтральному государству не нужна сильная армия. С точки зрения молдавской Конституции это неверно. Статья 11 провозглашает постоянный нейтралитет Республики Молдова и запрещает размещение на её территории вооружённых сил других государств. В 2017 году Конституционный суд подробно истолковал эту норму. Постоянный нейтралитет предполагает нейтральную позицию государства в военных конфликтах и недопустимость дислокации иностранных войск. Вместе с тем Молдова сохраняет право использовать необходимые средства для собственной военной защиты, а при угрозе независимости, территориальной целостности или безопасности государственные органы обязаны принимать необходимые меры, включая военные.

Следовательно, современная противовоздушная оборона, радары, артиллерия или бронетехника сами по себе Конституции не противоречат. Кратковременное участие иностранных знаменных групп в церемонии также отличается по своему юридическому статусу от размещения иностранных войск. На параде будут представлены военнослужащие Румынии, Украины, Литвы, Италии, Польши, Франции, Чехии и США.

На уровне права конструкция выглядит достаточно понятной. С политикой всё сложнее. Большинство этих стран входят в НАТО. Украина находится в состоянии войны с Россией. Рядом с молдавско-украинской границей идут боевые действия. На левом берегу Днестра присутствуют российские миротворческие силы. И война уже неоднократно ощущалась в молдавском воздушном пространстве.

Украинские военные маршировали в Кишинёве также в 2016 году. Тогда этот факт воспринимался в совершенно иной международной обстановке. Сегодня любой военный символ Украины, России, НАТО или западных государств неизбежно получает дополнительное содержание. Именно поэтому техника на улицах столицы вызывает у разных людей противоположные чувства. Одни видят армию, которая наконец получает реальные возможности для защиты территории. Другие смотрят на военные колонны, иностранных военнослужащих и растущее сотрудничество с западными армиями и задаются вопросом, не движется ли страна постепенно в сторону военного лагеря, хотя формально продолжает оставаться нейтральной.

Отмахиваться от этой тревоги как от результата исключительно пропаганды было бы ошибкой. Для многих людей страх войны рядом совершенно реален. Государство, заметно меняющее собственную оборонную политику, заинтересовано в том, чтобы объяснять обществу её пределы столь же подробно, как оно объясняет её необходимость.

Беспилотник опасен независимо от флага

Пожалуй, наиболее наглядно необходимость такого разговора показывает история с воздушным пространством. Когда неизвестный аппарат входит в молдавское небо, летит над населённым пунктом или падает рядом с домами, человеку внизу прежде всего важно, способен ли кто-то его обнаружить и остановить. Происхождение БПЛА становится следующим вопросом – уже для технического расследования и политической оценки.

После инцидента 17 августа возле села Талмазы молдавские власти первоначально сами сообщили о неидентифицированном воздушном объекте. На первом этапе происхождение аппарата установлено не было. Почти одновременно похожую сложность продемонстрировал эпизод в Латвии. 14 августа её воздушное пространство нарушил иностранный беспилотник, который был сбит союзными истребителями. 20 августа латвийские вооружённые силы сообщили, что аппарат оказался украинским.

Латвийский случай ничего не говорит о происхождении аппаратов, замеченных над Молдовой. Он показывает другое: тип беспилотника, место его производства. Оператор и направление запуска требуют отдельного установления.

Молдове, находящейся рядом с зоной боевых действий, в любом случае необходимы современные радары, система предупреждения и способность реагировать на опасные воздушные объекты. Обоснование такой защиты существует независимо от того, какой флаг впоследствии будет фигурировать в отчёте расследования.

Именно поэтому власти выигрывали бы от максимальной прозрачности по завершённым расследованиям воздушных инцидентов. Когда информация остаётся неполной, реальная угроза слишком легко смешивается с политической интерпретацией.

Четыре адресата одного парада

Если посмотреть на происходящее шире юридического спора о нейтралитете, у парада обнаруживаются как минимум четыре аудитории.

Первая – граждане Молдовы. Несколько лет государство увеличивало расходы на оборону, получало технику, оборудование и помощь партнёров. Всё это существовало преимущественно в бюджетных документах и новостях. Теперь власть хочет показать людям материальный результат: машины, вооружение, подразделения и новые возможности Национальной армии.

Второй адресат – зарубежные партнёры. Европейский союз уже вложил сотни миллионов евро в молдавские оборонные возможности, отдельные государства передавали оборудование и участвовали в подготовке военнослужащих. Парад позволяет им увидеть результат этого сотрудничества уже в публичном пространстве.

Третьим наблюдателем неизбежно становится Тирасполь. Подтверждений подготовки Кишинёвом силового решения приднестровского вопроса нет. Иностранные знаменные группы такого подтверждения тоже не дают. При этом возможности Национальной армии за десять лет действительно изменились. Для Тирасполя уже сам рост возможностей Национальной армии меняет привычный контекст отношений с Кишинёвом.

Наконец, парад будут внимательно читать в Москве. Официально мероприятие посвящено годовщине независимости Республики Молдова. Российское руководство при этом увидит на центральной площади страны модернизированную молдавскую армию рядом с военнослужащими Украины, США, Франции, Польши, Румынии и других государств, с которыми Кишинёв последовательно расширяет оборонное сотрудничество. Приглашение Владимира Зеленского и Никушора Дана на торжества 27 августа делает эту картину ещё более выразительной.

Одно и то же мероприятие получает четыре разных прочтения. И за всеми ими просматривается общая перемена: молдавская власть больше не связывает нейтралитет с военной слабостью.

Нейтралитет остаётся – его политическое содержание меняется

Именно здесь находится ответ на вопрос, почему столь масштабная демонстрация проводится сейчас. 35-летие независимости предоставило официальный повод. Несколько лет модернизации дали армии технику и новые возможности, которые государство готово продемонстрировать. Война рядом изменила восприятие собственной уязвимости.

5 августа правительство утвердило Программу внедрения на 2026–2030 годы Национальной стратегии обороны Республики Молдова на 2024-2034 годы. Документ предусматривает модернизацию национальных оборонных возможностей, интеграцию Молдовы в архитектуру безопасности Европейского союза и расширение двустороннего, регионального и международного сотрудничества в сфере обороны и безопасности. Все эти процессы постепенно складываются в новую практическую модель молдавской безопасности.

Страна сохраняет статью 11 Конституции и остаётся вне НАТО, постоянных западных военных баз на её территории нет. Одновременно сотрудничество с государствами ЕС и НАТО становится всё теснее: Молдова получает оборудование и вооружение, участвует в совместной подготовке, перестраивает оборонную систему по совместимым стандартам и всё глубже связывает собственную безопасность с европейской архитектурой.

С юридической точки зрения такое развитие укладывается в нынешнее толкование нейтралитета Конституционным судом.

Для общества вопрос выглядит шире юридической формулы. Нынешняя политика предполагает нейтральное государство с современной армией, собственной противовоздушной защитой и тесными оборонными партнёрствами, при сохранении формального статуса вне военных альянсов. Рациональные основания у такого курса существуют. Конституционная статья не обнаружит беспилотник в небе, не защитит электростанцию и не остановит угрозу критической инфраструктуре. Сам нейтральный статус также не создаёт автоматической гарантии того, что другие государства будут его уважать.

Но государственная политика существует не только в правовых документах и стратегиях, а и в восприятии людей. Для значительной части молдавского общества нейтралитет десятилетиями означал особую осторожность в отношениях с противостоящими военными центрами и надежду на то, что страна сможет остаться в стороне от чужого конфликта. В условиях российско-украинской войны эта надежда стала особенно чувствительной.

Поэтому вопрос о границах оборонного сближения с западными государствами совершенно закономерен. В какой момент юридически неизменный нейтралитет начинает восприниматься гражданами как политически изменившийся? И насколько далеко государство может менять практику безопасности, сохраняя общественное доверие к самому нейтральному статусу? Для страны, где остается неурегулированным приднестровский вопрос и присутствуют российские миротворческие силы, ответы особенно важны.

Модернизация армии сама по себе не снимает этих вопросов. Общество нуждается в прозрачности – в вопросах закупок, стоимости публичных мероприятий, происхождения техники, результатов расследований воздушных инцидентов, статуса иностранных военнослужащих и принципиальной позиции относительно мирного урегулирования приднестровского вопроса.

Парад 27 августа делает уже происходящий оборонный курс видимым для всей страны. Взаимодействие с западными оборонными структурами углубляется, европейская помощь превращается в конкретные военные возможности, а государство впервые за долгое время демонстрирует их обществу столь масштабно и подчёркнуто. Но именно реакция на парад показала, что оборонная практика государства меняется быстрее, чем общественное представление о нейтралитете. В этом и состоит главный политический риск.

Страна может стать лучше защищённой в военном отношении и одновременно получить более глубокий внутренний спор о том, что именно она теперь понимает под собственной безопасностью. А для нейтрального государства существует ещё один чувствительный предел: оборонное сотрудничество должно снижать риск войны для граждан, иначе сама политика безопасности начинает восприниматься как возможный путь к вовлечению в противостояние, от которого нейтральный статус десятилетиями обещал страну оградить.

27 августа через центр Кишинёва пройдут более ста единиц военной и специальной техники. Но людей волнует уже не только количество машин на площади – они хотят знать, куда движется страна, и останется ли её новый, вооружённый нейтралитет способностью держаться подальше от войны.

Присоединяйтесь к нашему Telegram-каналу: важные новости, аналитика и инсайды!

Хотите поддержать изменения к лучшему в вашей стране? Участвуйте в них вместе с нами! Вы можете внести свой вклад в независимую журналистику.