Поиск..

Важно Главное Лента новостей Перспектива

Вадим Гигин: «Нашим  странам придется сделать болезненный выбор: либо с Западом, либо с Востоком»

.

К горячей точке в Нагорном Карабахе добавилось противостояние в Киргизии, до сих пор не затухают протесты в Белоруссии – разбалансированность в странах постсоветского пространства идет полным ходом. В Республике Молдова тоже нарастает напряженность. Началась предвыборная кампания, и если одна часть экспертного сообщества уверена, что все обойдется, другая предвещает, что волнения в нашей стране – на очереди.

Мой собеседник относится к первой, оптимистичной категории экспертов. Вадим Францевич Гигин – историк, политолог, публицист, декан факультета философии и социальных наук Белорусского госуниверситета, а также  – мой коллега, главный редактор общественно-политического и научно-популярного журнала «Беларуская думка».

 

– Господин Гигин, вы тоже придерживаетесь мнения, что выборы в Молдове пройдут спокойно и очагом напряженности наша страна не станет, хотя здесь пересекаются интересы трех держав, а рядом дислоцируется ОГРВ? События в Нагорном Карабахе нашим гражданам оптимизма не прибавляют, да и перенос белорусских в Молдову – тоже.

– События в Беларуси лишь косвенным образом влияют на ситуацию в Молдове. Во многом это вызвано тем, что действующий Президент РМ Игорь Додон ориентируется на выстроенную Александром Лукашенко модель, как внутри страны, так и в отношениях с Российской Федерацией, в качестве некого образца. Хотя молдаванам здесь виднее, я сужу больше по публичным выступлениям г-на Додона. Соответственно, исход политической борьбы в Беларуси может быть использован как информационно-пропагандистский фактор в противостоянии политических сил в самой Молдове.

Вопрос о том, станет ли ваша страна очередным очагом напряженности в Восточной Европе, зависит от исхода предстоящих президентских выборов, а самое главное – от того, признает ли проигравшая сторона победу своих конкурентов. Не вижу, каким образом ограниченный контингент российских войск может оказать влияние на политический процесс в Молдове. Очевидно, что Россия не настроена на какую-либо форму интервенции. Да и ожидать роста военной эскалации между Кишиневом и Тирасполем не приходится. Тем более,что олигархические структуры самого Приднестровья, прежде всего – Виктор Гушан, вполне успешно участвуют в разных закулисных договоренностях на молдавской политической арене.

– Как возможная смена геополитического вектора в Молдове отразится на её отношениях с Приднестровьем, с международными партнерами и между самими партнерами?

– Естественно, будущий геополитический вектор Республики Молдова зависит от исхода президентских выборов. Все ожидают, что победа Майи Санду приведет к активизации евроатлантического сотрудничества, а успех Додона, наоборот, усилит влияние России. Для таких оценок не надо быть большим экспертом, но дьявол, как всегда, кроется в деталях.

Во-первых, полномочия президента Молдовы не так уж велики. Думаю, ни для кого не секрет, что Игорь Додон проводил бы более активную внешнюю политику, но серьезно ограничен в своих конституционных полномочиях. Фактически, международная позиция Республики Молдова определяется в треугольнике интересов президентуры, парламентских фракций и олигархических групп. В итоге, получается некий баланс, и при определенном желании его можно воспринять, как нейтралитет. Однако это – лишь кажущееся состояние, не имеющее ничего общего с действительностью.

Кроме того, сейчас у многих политиков, в том числе, в Молдове, налицо большое желание отодвинуть решение актуальных внутренних проблем, прикрыв их цветастой ширмой острой геополитической борьбы. Это понятно и очень удобно. Лозунг «Отечество в опасности» способен оправдать многие совершенные ошибки, мобилизовать электорат. Здесь важно подчеркнуть, что молдавским гражданам не стоит ждать в ближайшем будущем изменения внешнеполитического статуса своей страны. Совершенно очевидно, что перспектива вхождения в ЕС – весьма отдаленна. В этой связи на ум приходит старая поговорка: «Когда в Евросоюз вступит Украина? – После Турции. А Турция когда? – А Турция никогда».

Естественно, на данном этапе не идет речь о присоединении к Союзному государству России и Беларуси. Да и повышение статуса в других интеграционных сообществах, например ЕАС, также – вопрос не одного года. 

– Насколько в этих условиях реально восстановление целостности Молдовы, о котором говорят сейчас некоторые участники предвыборной кампании?

– В любом случае, уже хорошо то, что в ситуации Приднестровья нет такой напряженности, какую мы наблюдаем в Нагорном Карабахе. Вообще, если сравнивать все замороженные конфликты на постсоветском пространстве, то молдавский вариант выглядит наиболее взвешенным и привлекательным, не развивается как в Донбассе или Нагорном Карабахе.

Не хочу сейчас бередить былые раны, вспоминая уже ставший легендарным «Меморандум Козака», скажу лишь, что тогда стороны максимально приблизились к разрешению вопроса о восстановлении территориальной целостности Молдовы. В настоящее время урегулирование конфликта не стоит в первоочередной повестке дня крупных политических игроков. Как вы понимаете, без их участия оно невозможно.

– Вопрос нейтралитета РМ, записанного в Конституции, очевидно, тоже остается открытым?

– Проблема нейтралитета и моста между Западом и Востоком понятна и близка белорусам, у нас эта тема также активно обсуждается. Более того, стремление к нейтралитету записано в Конституции Республики Беларусь. Скажу откровенно, я не верю в то, что какая-либо из стран Восточной Европы в ближайшем будущем добьется нейтралитета. Ведь для этого мало одного желания правительства и даже народа этой страны.

Нейтралитет – результат консенсуса великих держав. Именно так было в случае со Швейцарией и Австрией. Это, пожалуй, самые успешные примеры долговременной реализации нейтрального статуса. В нашем регионе мы такого не наблюдаем. И Россия, и коллективный Запад, хотя и заявляют об уважении к суверенитету государств-партнеров, в то же время, стремятся перетянуть их на свою сторону. Да еще и создают проблемы для конкурентов.

Может быть, для кого-то это будет плохой новостью, но нашим странам придется сделать болезненный выбор: либо с Западом, либо с Востоком. При этом, не исключена ситуация, когда этот выбор может меняться, в зависимости от итогов избирательной кампании. А это предопределяет вмешательство внешних сил во внутриполитическую жизнь. Следовательно, велика вероятность перенесения международной конфронтации в политический процесс восточноевропейских государств.

– Главный редактор ИА «Регнум» Модест Колеров недавно  сказал, что «нынешнее поколение несоветских людей будет жить при крахе и гибели ряда постсоветских государств». Его прогноз сегодня кажется довольно реалистичным. 

– Подобное суждение я слышал более 10 лет назад от другого известного политолога – Николая Васильевича Злобина. Правда, он говорил о неустойчивости границ постсоветских государств. Как видим, ситуация в Украине и Закавказье подтвердила его слова.

Пока трудно сказать, какие именно постсоветские страны стоят на краю гибели. Конечно, в политологии сейчас популярны термины Failed State или «демократия с дурным управлением». Но это еще не означает краха. К тому же, крупным внешнеполитическим центрам может быть выгодно перманентное состояние слабости во многих постсоветских государствах. Это похоже на положение дел с Речью Посполитой в последний период ее существования. Вопрос о разделе этой страны стоял уже в начале 18 века. Однако борьба интересов великих европейских держав привела к тому, что Речь Посполитая просуществовала еще несколько десятков лет. Просто многим было выгодно наличие такого слабого буферного государства.

Хотелось бы напомнить об одном геополитическом законе, сформулированном Генри Болингброком в пьесе Эжена Скриба «Стакан воды» (эту роль блестяще исполнил Кирилл Лавров в советском фильме Юлия Карасика). Так вот, если на одно маленькое государство позарилось большое, у маленького нет никаких шансов на выживание. А вот если на него же претендует еще одна великая держава, то здесь появляются шансы.

Кстати, благодаря такому противостоянию в свое время на свет появился Люксембург, а Финляндии удалось избежать принудительной советизации после Второй мировой войны. Хотя, конечно же, ничего исключать нельзя.

 

Беседовал

Роберт  Западинский,

Главный редактор

kommersantinfo.com

 

Метки:
Предыдущая статья
Следующая статья

Смотри также: