Видео Интересно Лента новостей

Свобода без границ – на Дунае создают страны мечты

kommersantinfo.com 10.11.2026

На границе Хорватии и Сербии появились республики, гражданами которых становятся через интернет. Здесь разрабатывают конституции, избирают президентов, выпускают паспорта и цифровые деньги. Но может ли сообщество единомышленников превратиться в настоящее государство?

На берегах Дуная разворачивается необычный политический эксперимент. Там, где заканчиваются согласованные границы двух европейских стран, начинаются территории трёх самопровозглашённых республик – Либерленда, Вердиса и Гаплы. У каждой есть собственный флаг, руководство, символика и претензии на независимость. Есть даже граждане, хотя многие никогда не видели земли, которую называют своей страной.

Все три проекта возникли не вчера: Либерленд – в 2015 году, Вердис и Гапла – в 2019-м. Но именно в 2026 году они продолжают привлекать международное внимание благодаря цифровому гражданству, экспериментам с управлением и попыткам физически освоить заявленные территории.

Откуда взялась «ничейная земля»?

После распада Югославии Хорватия и Сербия не договорились об окончательном прохождении границы на отдельных участках Дуная.

Сербия преимущественно ориентируется на современное русло реки, Хорватия – на исторические кадастровые границы. Поскольку за прошедшие десятилетия Дунай менял течение, две линии не совпадают. Именно здесь сторонники новых республик обнаружили участки, которые, согласно трактовке границ обеими сторонами, не входят в территориальные притязания ни одной из них.

Они применили принцип terra nullius – «ничейная земля» – и заявили о праве создать на этой территории собственные государства. Но Хорватия отвергает такую интерпретацию. Её Министерство иностранных дел ещё в 2015 году разъяснило, что отсутствие окончательно согласованной границы не превращает территорию в свободную для захвата третьими сторонами. Район контролируется хорватской пограничной полицией.

На этом юридическом противоречии и строится вся история.

Либерленд – государство для предпринимателей и сторонников экономической свободы

13 апреля 2015 года чешский политический активист и предприниматель Вит Едличка с соратниками провозгласил Свободную Республику Либерленд на участке Горня-Сига площадью около 7 квадратных километров. Основная идея – государство, которое минимально вмешивается в жизнь граждан и экономическую деятельность. Либерленд выступает за добровольные налоги, небольшое правительство, защиту частной собственности и широкое использование криптовалют. Проект развивает собственную блокчейн-систему, через которую организует голосования и управление. В сентябре 2026 года Либерленд провёл очередные выборы в свой конгресс с помощью цифрового реестра. Среди избранных – Джастин Сан, основатель блокчейн-платформы TRON, ранее назначенный премьер-министром Либерленда.

Кто становится его гражданами?

В репортаже Deutsche Welle, опубликованном в сентябре 2026 года, среди сторонников Либерленда фигурируют предприниматели, учёные и люди, увлечённые духовными практиками. Их объединяет прежде всего желание жить в условиях меньшего государственного регулирования.

По данным главного сайта проекта, число заявок на гражданство превысило 700 тысяч, зарегистрированных граждан указано 727. Другие официальные публикации Либерленда приводят более высокие показатели. Независимой аудированной статистики нет. Для получения гражданства предлагается внести существенный вклад в проект – деньгами, трудом или услугами. Альтернативный путь связан с участием в заселении территории.

Либерленд заявляет о постоянном присутствии небольшой группы поселенцев с августа 2023 года. Однако масштаб инфраструктуры остаётся ограниченным. Полноценного города с устойчивой экономикой, системой коммунальных услуг и международно признанной юрисдикцией здесь пока нет.

Вердис – республика, президент которой разрабатывает компьютерные игры

История Вердиса началась с подростковой идеи. В 2019 году четырнадцатилетний Дэниел Джексон вместе с друзьями провозгласил республику на участке площадью около половины квадратного километра. Джексон родился в Австралии, вырос в семье британцев, а позже переехал в Великобританию. В 2025 году журналисты The Guardian встретили его в Дувре. Президент непризнанной республики зарабатывал на жизнь разработкой игр для платформы Roblox.

Вердис задумывался как экологически ответственное, демократическое государство. Позже его программа расширилась: гуманитарная помощь, межэтническое примирение, политический нейтралитет и развитие международного сотрудничества. К августу 2025 года Вердис получил около 15 тысяч заявок на гражданство, но принял примерно 400 человек. Из них, по словам Джексона, 70% составляли мужчины. Все семь тогдашних министров также были мужчинами. К сентябрю 2026 года число электронных резидентов достигло примерно пяти тысяч. Вердис отличается избирательным подходом. Желающим стать гражданами недостаточно просто заполнить анкету. Предусмотрены проверка личности, участие в жизни сообщества и различные формы подтверждения приверженности проекту.

В октябре 2023 года группа сторонников попыталась заселиться на заявленную территорию, однако вмешалась хорватская полиция. Джексону и его заместителю запретили въезд в Хорватию. Это фактически остановило попытку создать постоянное поселение. Тем не менее, проект продолжает существовать через интернет, представительства, пожертвования и электронное резидентство. Джексон даже рассматривает возможность будущего участия Вердиса в «Евровидении», хотя для этого предстоит преодолеть серьёзные институциональные препятствия.

Штат Гапла, где большинство граждан – молодёжь

Наиболее необычный социальный эксперимент – Федеративные Штаты Гапла. Проект возник 28 февраля 2019 года в среде американских молодых энтузиастов. Одним из его основателей стал Уайатт Бэк, который в 2026 году, по информации Deutsche Welle, был 17-летним участником проекта.

Гапла заявляет права на два лесных участка вдоль Дуная общей площадью около 83 гектаров. В отличие от Либерленда, делающего ставку на экономическую свободу, Гапла подчёркивает доступность участия, образование, демократию, технологические инновации и примирение между народами региона. Самое любопытное – состав её сообщества. По данным внутренней переписи 2026 года, когда в Гапле насчитывалось 70 граждан, 81,4% из них были не старше 20 лет, а 70% составляли мужчины. К началу ноября официальный сайт проекта сообщал уже о 96 полноправных гражданах и более 2300 электронных резидентах. Заявки поступали из 159 стран.

Здесь можно участвовать в работе министерств, разрабатывать правовые документы, заниматься цифровой инфраструктурой и готовить экспедиции, не проживая на заявленной территории. При этом Гапла проводит довольно необычную миграционную политику. Электронное резидентство бесплатное, а для получения полноценного внутреннего статуса гражданина требуется значимый вклад – например, 200 долларов либо эквивалентная работа на проект. Выполнение условий ещё не гарантирует одобрения. Более того, после пересмотра системы гражданства, согласно заявлению администрации, около 80% прежних граждан лишились этого статуса и были переведены в категорию электронных резидентов.

Летом и осенью 2026 года организаторы провели две экспедиции в район своих территориальных притязаний. Вторая завершилась 16 октября. Участники фотографировали участки, изучали местность и собирали сведения для будущего освоения. Постоянное заселение Гапла планирует начать лишь в июне 2031 года. Пока речь идёт о подготовительном этапе, на котором ещё предстоит решить вопросы жилья, электричества, воды и интернета.

Зачем людям гражданство страны, которой нет на политической карте?

Один из главных вопросов – что получают участники таких проектов, особенно если паспорт непризнанной республики не позволяет свободно пересекать границы. Ответы различаются.

Для сторонников Либерленда привлекательны низкое налоговое давление, свободное предпринимательство и эксперименты с криптоэкономикой.

Для участников Вердиса важны экологические, демократические и гуманитарные цели, а также возможность участвовать в построении общества с самого начала.

В Гапле значительная часть участников – молодые люди, которые получают опыт государственного моделирования, управления цифровыми проектами, международных коммуникаций и командной работы.

Есть и более практический интерес. Проекты предлагают цифровое резидентство, регистрацию бизнеса, участие в органах управления, возможность заработать внутренний политический статус и перспективу будущего переезда. Но пока эти преимущества действуют внутри самих сообществ. Их паспорта не имеют международно признанного статуса обычных государственных проездных документов, а цифровая регистрация бизнеса не освобождает участников от законодательства стран, где они реально живут и работают.

Чем такие республики отличаются от национальных государств?

Обычное национальное государство формируется на основе исторического, политического и правового развития общества. Его население связано с территорией, государственной юрисдикцией, институтами власти и устойчивыми гражданскими обязанностями. При этом национальное государство необязательно должно быть этнически однородным. Современные государства могут объединять людей разных национальностей через общее гражданство и политические институты.

Создатели новых дунайских республик предлагают другую исходную модель: сначала добровольное объединение людей вокруг определённых принципов, затем формирование институтов и только потом – полноценное освоение территории. Здесь не нужно родиться среди определённого народа, знать национальную историю предков или принадлежать к конкретной этнической группе. Достаточно разделять проект и соответствовать его правилам приёма. Иными словами, они пытаются строить государство как добровольное сообщество, в котором политическая принадлежность предшествует реальной территориальной жизни.

Однако заявить о собственной государственности гораздо легче, чем обеспечить её. Согласно Конвенции Монтевидео 1933 года, традиционными признаками государства считаются постоянное население, определённая территория, правительство и способность вступать в отношения с другими государствами. У самопровозглашённых республик есть организационные структуры и сообщества сторонников, но территориальная юрисдикция оспаривается, полноценное постоянное население отсутствует либо крайне малочисленно, а международного признания нет.

Станут ли они настоящими независимыми ?

Перспективы зависят не столько от числа электронных граждан, сколько от решения трёх задач.

Первая – добиться приемлемого международно-правового урегулирования территориального вопроса. Пока Хорватия контролирует соответствующие участки и не признаёт их свободными для занятия третьими сторонами, независимое развитие этих республик сталкивается с фундаментальным препятствием.

Вторая – создать жизнеспособную инфраструктуру. Лесной участок на берегу Дуная не превратится в государство без жилья, воды, электричества, транспорта, медицинского обслуживания, рабочих мест и устойчивых источников финансирования. Учитывать придётся и риск наводнений.

Третья – подтвердить, что сообщества способны не только привлекать сторонников, но и организовывать совместную повседневную жизнь: принимать обязательные решения, разрешать конфликты, финансировать общественные услуги и обеспечивать выполнение собственных правил.

В ближайшей перспективе реальнее выглядит развитие этих проектов как международных цифровых сообществ, технологических площадок и объединений единомышленников. Превращение же в суверенные государства потребовало бы качественно иных политических и правовых условий.

Возможно, главный результат дунайского эксперимента вообще не в появлении новых стран. Его участники проверяют идею, которую раньше трудно было представить: может ли государство сначала сформироваться в интернете, объединить людей из десятков стран и лишь затем обрести реальную территориальную жизнь?

Есть флаги, паспорта, выборы, тысячи e-резидентов и несколько лесных участков на Дунае, где государство существует гораздо убедительнее в цифровом пространстве, чем на земле. Пока.