Законодательный барьер: как реформа гражданства 2026 года изолирует Приднестровье

Вступивший в силу в конце 2025 года Закон Республики Молдова № 253/2025 «О гражданстве» ознаменовал переход государственной политики от декларативной реинтеграции к жесткой правовой сегрегации. Ключевым инструментом этой трансформации стало изменение условий натурализации и признания прав на гражданство, которые ранее учитывали специфику регионального контекста и социальный статус соискателей.

Центральное изменение зафиксировано в статье 15 нового закона. В отличие от ранее действовавшего законодательства, нынешняя редакция полностью исключает пенсионеров по возрасту из перечня лиц, освобожденных от обязательного экзамена на владение румынским языком и знание Конституции. Согласно части 4 статьи 15, право на получение паспорта без языкового тестирования сохраняется исключительно за лицами с тяжелой формой инвалидности, детьми до 14 лет и лицами, представляющими особый государственный интерес.

Упразднение возрастной льготы наносит прямой удар по наиболее уязвимой категории жителей особенно Приднестровского региона. Для десятков тысяч пенсионеров Левобережья, чья социализация проходила в ином лингвистическом пространстве, требование подтвердить знание языка на государственном уровне становится непреодолимым фильтром. Ситуация усугубляется статьей 34 того же закона, которая вводит безальтернативное требование личного присутствия соискателя при подаче документов, фактически запрещая услуги законных представителей.

Анализ этих нововведений позволяет сделать вывод о сознательном выстраивании «языкового заслона». Кишинев, официально апеллируя к стандартам Европейского союза и необходимости глубокой интеграции граждан в общество, де-факто создает условия, при которых жители старшего поколения лишаются правовой связи с государством. Если в странах ЕС подобные меры направлены на интеграцию мигрантов, то в молдавских реалиях они применяются к населению, которое власти номинально считают своим. Такой подход свидетельствует о смене приоритетов молдавского политического класса. Вместо стратегии вовлечения Приднестровского региона через расширение круга граждан, Кишинев переходит к модели консервации конфликта. Создание условий, при которых приднестровский пенсионер не может получить гражданство Молдовы по чисто бюрократическим и языковым причинам, делает разговоры о скорой интеграции региона в состав Молдовы, сугубо декларативными. На практике закон № 253/2025 превращает экзамен по языку из образовательной нормы в инструмент политического отсечения «неудобного» электорального сегмента, окончательно закрепляя статус-кво на Днестре.

Таким образом, внедрение закона № 253/2025 дезавуирует официальный дискурс о поэтапном сближении берегов Днестра, переводя процесс из плоскости реинтеграции в плоскость принудительной ассимиляции или окончательного юридического размежевания. Отмена возрастных преференций в статье 15 и ужесточение процедурного контроля в статье 34 создают ситуацию, при которой приднестровское население старшего возраста априори исключается из гражданского поля Молдовы. Это позволяет констатировать, что европейский вектор Кишинева в его текущей итерации не предполагает интеграцию Приднестровского региона как целостного субъекта с его нынешней демографической и социальной структурой. Напротив, создаваемый законодательный фильтр служит инструментом «санитарного кордона», который делает технически невозможным массовое подтверждение гражданства для жителей Левобережья, тем самым снимая с повестки вопрос об их участии в общественно-политической жизни страны и превращая проект «единой Молдовы в ЕС» в фикцию, рассчитанную на внешних наблюдателей, а не на реальное объединение общества.

Юридическая возможность и альтернативные формулировки

Технически ничто не препятствовало законодателям сохранить в статье 15 пункт о пенсионерах по возрасту, который успешно функционировал в законе № 1024 более двадцати лет. Более того, для решения специфического вопроса Приднестровского региона в текст могли быть внесены уточняющие формулировки, такие как:

– территориальный ценз: освобождение от экзамена лиц, родившихся и постоянно проживавших на территории левобережья Днестра до 1992 года.

– возрастная дифференциация: сохранение льготы для лиц, чей образовательный цикл завершился до принятия Закона о функционировании языков (1989 г.), что признавало бы объективную невозможность массового переучивания этой группы.

– переходный период: введение отложенного вступления языковых норм для жителей Приднестровья сроком на 5–10 лет, синхронизированное с внедрением бесплатных государственных программ обучения.

Отказ от этих уточнений в пользу жесткой нормы «европейского образца» указывает на то, что закон преследует цель не интеграции, а именно верификации лояльности через знание языка.

Статистика и образовательные реалии Левобережья

Требование уровня B2 (выше среднего) является серьезным барьером не только для пенсионеров, но и для экономически активного населения. Уровень B2 подразумевает способность понимать сложные тексты, участвовать в дискуссиях и свободно изъясняться на абстрактные темы.

Текущий уровень владения: согласно различным социологическим опросам последних лет, доля населения Приднестровского региона, способного свободно общаться на государственном языке, не превышает 15–18% (преимущественно жители сел и лица с молдавскими корнями). Для городского населения этот показатель составляет менее 5%.

Способность к обучению: по оценкам лингвистов, для достижения уровня B2 «с нуля» взрослому человеку требуется от 600 до 800 часов интенсивных занятий с квалифицированным преподавателем. В условиях Приднестровского региона, где отсутствует языковая среда и доступ к государственным курсам Молдовы затруднен, этот срок растягивается на 3–5 лет при условии ежедневной практики.

Демографический охват: учитывая отсутствие мотивации у большинства трудоспособного населения и физическую сложность процесса для людей старше 50 лет, доля жителей левого берега, способных в краткосрочной перспективе (до 2027–2028 гг.) выполнить требования нового закона, оценивается экспертами в пределах 3–7%.

Таким образом, установление планки на уровне B2 при одновременной отмене возрастных льгот превращает процедуру получения гражданства в элитарный процесс. Для подавляющего большинства жителей Приднестровского региона это означает долгосрочную потерю шанса на легализацию в правовом поле Молдовы. Тот факт, что закон не предложил ни одной компенсаторной меры для жителей конфликтного региона, подтверждает гипотезу о сознательном использовании «языкового ценза» как инструмента демографической и политической фильтрации, делающего процесс реинтеграции юридически невозможным для целых поколений.

Василий ТАРЛЕВ,

депутат Парламента РМ, член парламентской комиссии по юридическим вопросам, иммунитету и назначениям, лидер партии «Будущее Молдовы»

В нашем Telegram-канале — темы под грифом «не для всех»: нестандартные ракурсы, дополнительные материалы и аналитика без купюр.

Хотите поддержать изменения к лучшему в вашей стране? Участвуйте в них вместе с нами! Вы можете внести свой вклад в независимую журналистику.