Венгрия после Орбана – кто контролирует новую власть
.
Петер Мадьяр меняет Конституцию, расследует коррупцию и перестраивает государственные институты. Что за пять месяцев получила Венгрия, и почему методы новой власти вызывают вопросы?
23 октября 2026 года Будапешт отмечал 70-летие антисоветского восстания 1956 года. На площади Кошута перед парламентом собрались десятки тысяч человек. Среди почётных гостей были председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и председатель Европейского совета Антониу Кошта. Европейские руководители приехали поддержать новый политический курс Венгрии. Премьер-министр Петер Мадьяр говорил о свободе, демократии и европейском будущем страны. Фон дер Ляйен приветствовала его реформы и назвала произошедшую смену власти доказательством возможности восстановления демократии.
Но парламентская оппозиция бойкотировала торжественное заседание. Представители «Фидес» не признают легитимность нового президента Андраша Баки, избранного после досрочного прекращения полномочий его предшественника. Виктор Орбан, чьё правительство шестнадцать лет определяло политику Венгрии, в этот день не выступал перед сторонниками. Его партия организовала отдельное памятное мероприятие.
За внешней торжественностью происходящего скрывался конфликт, который за пять месяцев после апрельских выборов затронул практически всю систему государственной власти. 12 апреля партия «Тиса» во главе с Петером Мадьяром победила «Фидес», получив 141 из 199 мест в парламенте. Конституционное большинство дало новому правительству возможность менять основные правила государственного устройства.
Сам Мадьяр долгое время принадлежал к политической элите «Фидес». Он работал в государственных структурах, занимал руководящие должности, а его тогдашняя жена Юдит Варга была министром юстиции в правительстве Орбана. В феврале 2024 года Венгрию потряс скандал. Выяснилось, что президент Каталин Новак помиловала бывшего заместителя директора детского дома, осуждённого за принуждение воспитанников к отказу от показаний против директора, совершавшего сексуальное насилие над ними. Решение о помиловании заверила Варга. После общественного возмущения Новак ушла в отставку, а Варга отказалась от политической карьеры.
Именно тогда Мадьяр публично порвал с «Фидес».
Вскоре он обнародовал тайную запись разговора с бывшей женой, в котором обсуждалось предполагаемое вмешательство окружения Орбана в коррупционное расследование. Прокуратура проверила эти сведения, но доказательств вмешательства не обнаружила. Мадьяр оспорил её выводы. Так бывший представитель правящей элиты стал одним из главных политических противников Орбана.
Мадьяр обещал избирателям вернуть независимость судам, прокуратуре, государственным СМИ и контрольным органам. Одним из главных пунктов его программы стало расследование предполагаемой коррупции периода Орбана и возвращение имущества, выведенного из государственной собственности.
Перемены начались быстро. Настолько быстро, что вскоре возникли вопросы к самим методам реформ. 15 июня парламент принял шестнадцатую поправку к Конституции. Она ограничила пребывание на посту премьер-министра восемью годами, причём при подсчёте учитываются все периоды работы, начиная с мая 1990 года. Это значит, Виктор Орбан, руководивший правительством в 1998–2002 и 2010–2026 годах, больше не сможет занимать должность премьер-министра.
Ограничение срока пребывания у власти существует во многих странах. Но венгерский закон распространил новое правило на уже завершённые мандаты. Фактически парламентское большинство лишило главного политического противника возможности вновь претендовать на руководство правительством. Кабмин объяснил изменение необходимостью предотвратить чрезмерную концентрацию власти. Однако его обратная сила поставила вопрос о правомерности изменения условий политической конкуренции после выборов.
Следующим стал президент Тамаш Шуйок, избранный в 2024 году парламентом, где большинство принадлежало «Фидес». Мадьяр потребовал его добровольной отставки. Получив отказ, премьер предупредил, что правящее большинство изменит Конституцию и добьётся прекращения его полномочий. 13 июля парламент принял соответствующую поправку. Шуйок подписал её, хотя публично заявил, что подобные действия наносят ущерб верховенству права. Президент, чей срок должен был продолжаться до 2029 года, лишился должности. Новым главой государства стал Андраш Бака.
Одновременно изменился порядок формирования высших судебных органов. Новые возрастные ограничения затронули судей Конституционного суда. В отставку ушёл и генеральный прокурор. Ещё до формирования правительства Мадьяр предложил назначить министром юстиции собственного шурина Мартона Меллетхеи-Барну. После обвинений в семейном протекционизме кандидат отказался от должности. Министром стала Марта Гёрёг. Этот эпизод оказался особенно показательным для политика, обещавшего покончить с практикой назначения приближённых к власти людей.
На протяжении правления Орбана «Фидес» действительно использовала парламентское большинство для формирования руководства государственных институтов. Независимые наблюдатели неоднократно фиксировали проблемы с самостоятельностью судов, прокуратуры и средств массовой информации. Но достаточно ли связи должностного лица с прежней властью для досрочного прекращения его полномочий? И что помешает следующему парламентскому большинству применить тот же принцип к назначениям самого Мадьяра?
Human Rights Watch предупредила, что поспешная перестройка институтов способна подорвать заявленную цель восстановления верховенства права. Венгерский Хельсинкский комитет обратил внимание, что для общественного обсуждения масштабной конституционной поправки власти отвели всего пять дней. При этом речь шла о положении президента, судебной системы и конституционных гарантиях.
Правительство впоследствии обратилось в Венецианскую комиссию Совета Европы за заключением по реформам. Его рассмотрение намечено на декабрь.
Тем временем началось расследование коррупционных дел. Самым громким стало задержание 21 октября бывшего председателя Национального банка Венгрии Дьёрдя Матолчи, одного из ближайших экономических союзников Орбана. С 2013 по 2025 год Матолчи руководил Центробанком, ранее занимал пост министра экономики. Теперь следствие подозревает его в финансовых злоупотреблениях, связанных с активами фонда, созданного при банке. В 2014 году фонду передали государственное имущество стоимостью 288 млрд форинтов, около $818 млн. Средства предназначались для инвестиций, однако впоследствии возникли подозрения в их использовании через сложные финансовые структуры и приобретении недвижимости по завышенным ценам. По версии прокуратуры, незадолго до завершения полномочий Матолчи, управляющая компания заключила фиктивную сделку с ценными бумагами, позволявшую сохранить влияние бывшего руководителя банка на распоряжение активами. Следствие подозревает, что Матолчи и его сын Адам могли использовать эти механизмы для получения личной выгоды. В отношении сына выдан международный ордер на розыск и задержание.
Матолчи отрицает нарушения. Его виновность не установлена. При этом 288 млрд форинтов представляют собой размер имущества фонда, фигурирующего в расследовании, а не доказанную сумму хищения. Важно, что подозрения в отношении финансовых операций Национального банка появились ещё до смены правительства. Государственная счётная палата инициировала проверку в 2025 году. После победы Мадьяра расследование получило новый импульс.
Другой процесс затронул двух бывших министров правительства Орбана. 28 сентября парламент снял депутатскую неприкосновенность с Балаша Ханко, ранее возглавлявшего Министерство культуры и инноваций, и Миклоша Сестака, бывшего министра национального развития. Ханко подозревают в неправомерном распределении государственных средств. Предполагаемый ущерб составляет 17,3 млрд форинтов, около €44,5 млн. Сестаку предъявляются подозрения в получении взяток, связанных с государственными контрактами, в том числе закупками для автобусной компании Volánbusz. Оба отвергают обвинения. Представители «Фидес» считают расследования политическим преследованием.
Тем же голосованием парламент снял неприкосновенность и с самого Петера Мадьяра. Причём премьер публично поддержал такое решение.
Поводом стало происшествие в будапештском ночном клубе в июне 2024 года. По версии прокуратуры, Мадьяр выхватил телефон у мужчины, снимавшего его на видео, отказался вернуть аппарат и впоследствии выбросил его в Дунай. Телефон стоимостью около €350 нашли водолазы и вернули владельцу.
В октябре 2025 года Европарламент отказался снять с Мадьяра неприкосновенность из-за опасений политического преследования. Теперь, возглавляя правительство, он согласился на расследование. 7 октября его допросили в качестве подозреваемого. Вину премьер отрицает. По статье 370 Уголовного кодекса Венгрии за кражу имущества небольшой стоимости предусмотрено до двух лет лишения свободы. Это максимальная санкция при соответствующей квалификации. Суд вправе назначить более мягкое наказание либо оправдать обвиняемого. Мадьяр превратил снятие иммунитета в публичную демонстрацию равенства перед законом. Он оказался в одном парламентском голосовании с бывшими министрами Орбана, подозреваемыми в многомиллионных злоупотреблениях.
Политический эффект этого жеста очевиден. Юридические последствия пока неизвестны. Если вина премьера будет установлена, возникнет вопрос, какое наказание назначит суд и насколько последовательно новое правительство готово соблюдать провозглашённый принцип равенства перед законом.
Для расследования предполагаемых злоупотреблений Мадьяр создал Национальное управление по возвращению и защите активов, получившее широкие полномочия по поиску государственного имущества и взаимодействию с правоохранительными органами. Правительство также начало ликвидировать фонды, через которые ранее управлялись государственные активы. К концу августа закрылись 16 таких структур, а имущество стоимостью несколько миллиардов евро было возвращено в сферу государственного управления. Теперь принципиальное значение имеет то, кто и на каких основаниях распоряжается возвращёнными средствами. Прозрачность должна распространяться и на новые структуры.
Изменения также затронули государственные СМИ. Новое руководство прекратило прежние финансовые потоки к части медиа, поддерживавших «Фидес». Государственное радио и телевидение прошли через реорганизацию. Однако самостоятельность госСМИ предстоит проверять уже по их отношению к нынешней власти и её политическим противникам.
Есть и менее заметные последствия административной перестройки.
21 октября независимый венгерский портал Telex опубликовал расследование о работе министерств. По словам сотрудников, часть чиновников, служивших при Орбане, практически перестала получать задания. Новые команды работали в условиях перегрузки, а между прежними и назначенными сотрудниками сохранялось взаимное недоверие. Правительство утверждает, что министерства функционируют нормально. Но сообщения о фактическом отстранении сотрудников требуют проверки, поскольку речь идёт о государственном управлении, которое должно сохранять работоспособность при смене политического руководства.
На этом фоне стремительно улучшились отношения Венгрии с Евросоюзом. 29 мая Петер Мадьяр и Урсула фон дер Ляйен объявили о политическом соглашении, открывшем возможность разблокировать €16,4 млрд европейских средств, ранее замороженных из-за претензий к коррупции и верховенству права. Венгрия также присоединилась к Европейской прокуратуре, от участия в которой правительство Орбана прежде отказывалось.
Для Будапешта это практические результаты. Европейские средства предназначены для экономического развития, инфраструктуры, энергетики и государственных программ. Однако политическое соглашение о финансировании ещё не означает фактического перечисления всей суммы.
В июльском докладе Еврокомиссия признала интенсивность реформ нового правительства, но одновременно указала на сохраняющиеся недостатки судебной системы, риски политического вмешательства в работу прокуратуры и отсутствие устойчивой практики вынесения окончательных приговоров по делам о коррупции на высшем уровне. Поэтому скорость восстановления отношений с Брюсселем вызвала дискуссию среди европейских экспертов. Европейский политический центр предупредил, что разблокирование финансирования само по себе не решает проблему долгосрочной независимости государственных институтов.
При этом между Мадьяром и Брюсселем сохраняются разногласия. Новый премьер намерен продолжать жёсткую миграционную политику, включая сохранение пограничных заграждений, построенных при Орбане. Он добивается отмены европейских штрафов, связанных с прежней практикой рассмотрения заявлений об убежище.
Отношения с Украиной Мадьяр пытается улучшить, но выступает против её ускоренного приёма в ЕС и продолжает требовать гарантий прав венгерского меньшинства.
Смена правительства привела к сближению с Брюсселем, однако часть внешнеполитических позиций Орбана осталась неизменной.
А что думают сами венгры?
Опрос института Publicus, проведённый 8–16 октября среди примерно тысячи совершеннолетних жителей страны, показал, что 58% респондентов удовлетворены направлением её развития. Среди определившихся избирателей, намеренных голосовать, «Тису» поддерживают 63%, «Фидес» — 25%. По сравнению с маем преимущество правящей партии сократилось, хотя остаётся значительным. Поддержка Мадьяра как кандидата на пост премьер-министра составляет 56%, тогда как 36% опрошенных считают подходящим для этой должности Виктора Орбана. Эти результаты не свидетельствуют о массовом сожалении венгров по поводу апрельской смены власти. Однако сокращение преимущества «Тисы» и рост поддержки «Фидес» показывают, что общественная оценка происходящего продолжает меняться.
Правительство Мадьяра уже изменило политическую систему, получило возможность распоряжаться возвращёнными государственными активами и восстановило доступ к значительным европейским финансовым ресурсам. Но расследования коррупции находятся на разных стадиях. Уголовные обвинения требуют судебного подтверждения. Конституционные изменения ожидают независимой юридической оценки. Новым руководителям государственных институтов предстоит доказать свою самостоятельность.
Опыт Венгрии ставит перед европейской демократией сложную задачу. Как восстановить законность после длительного периода политической концентрации власти, сохранив правовые гарантии для представителей прежнего правительства и нынешней оппозиции?
Первые пять месяцев показали масштаб намерений Петера Мадьяра и возможности его парламентского большинства. Теперь определяющее значение приобретает способность новых институтов действовать независимо от того, чьи политические интересы затрагивают их решения.
Именно это покажет, произошла ли в Венгрии настоящая смена политической системы — с независимыми судами, равенством перед законом и прозрачным управлением государственными средствами. Или стремительный демонтаж наследия Орбана приведёт к новой концентрации власти, политически избирательному правосудию и закреплению преимуществ победителей с помощью Конституции. В таком случае Венгрия рискует вновь оказаться перед проблемами, ради преодоления которых избиратели поддержали перемены.
Ольга БЕРЕЗОВСКАЯ,
Присоединяйтесь к нашему Telegram-каналу: важные новости, аналитика и инсайды!
Для этого потребуется сделать 3 шага в сторону незабываемой коллаборации!
